Как стать сумасшедшим человеком


Я решил назвать этот рассказ «Асимметрией», хотя в действительности эта история о том, как мой двоюродный брат сошёл с ума. И это впечатлило меня намного больше, чем все мистические явления на этом сайте, вместе взятые.

Мы росли фактически в одном дворе. Наши матери – сёстры. Слава Богу, моя – нормальная, а вот тётя Таня, как говорила мама, всегда «следовала моде»: одевалась не как обычные люди, выбирала себе экстраординарные хобби вроде коллекционирования прикольных заграничных штуковин (её муж, дядя Толя, работал в посольстве), а после евроремонта в квартире решила отделать каждую комнату по-особенному, благо журналов о дизайне у неё тоже было завались.

В общем, с этого всё и началось. Она тогда ходила беременной и ещё до рождения Сашки обставила его будущую комнату мебелью на заказ. На мой взгляд, хотя мне и довелось бывать у них всего 2-3 раза, эта мебель, скорее, подошла бы тюрьмам в качестве пассивных орудий для пыток заключённых. Выглядела она примерно так:


Впервые я её увидел, когда мне стукнуло девять, а Сашке – семь лет от роду. Зайдя в его комнату, я почувствовал, как закружилась голова. Мне пришлось схватиться за дверную ручку, чтобы не упасть. Всё в его комнате казалось мне диким, нелепым, несуществующим. Я не понимал, как здесь можно находиться долго: жить, спать, играть. Мне захотелось выйти и никогда больше туда не возвращаться. Стало жалко Сашку, который, в отличие от меня, ориентировался среди неё обыденно, не набивая синяков и шишек о торчавшие где попало обитые тканью углы.

Примерно тогда же я начал осознавать разницу между им, собой и другими дворовыми ребятами. Несмотря на то, что Сашка был на два года моложе, его поведение резко отличалось от нашего. Он медленно и плохо адаптировался к обыкновенным детским играм, во многих случаях просто не мог вникнуть в их суть. Его собственные игры выходили не только за рамки общечеловеческой морали – они казались странными даже нам, а уж мы чего только ни вытворяли. Казалось, что Сашка вообще не понимал, что такое норма, а также слов «можно» и «нельзя». Я бы не сказал, что тётя Таня не воспитывала его совсем, но она явно предоставляла ему слишком много времени для самостоятельного постижения мира, и в результате Сашка играл с мёртвыми птицами и животными, разбирая их по косточкам, стравливал между собой насекомых, чтобы посмотреть, что получится (победителям он отрывал крылья или лапки и снова выпускал на «ринг» — в литровую стеклянную банку, а проигравших, к нашему отвращению, часто просто равнодушно съедал). Подбирал мусор и долго, тщательно изучал его со всех сторон, при чём не только визуально, но и при помощи обоняния и осязания, вне зависимости от того, насколько неприглядным был внешний вид отбросов.


Между собой мы удивлялись, как тётя Таня могла всего этого не замечать. Теперь я думаю, что она махнула на него рукой из-за того, что он слишком доставал её дома. Она выпускала его на улицу спокойно, жалуясь моей матери лишь на то, каким грязным он ежедневно возвращался домой. Никто, кроме нас, не мог заподозрить в нём ненормального. Я слышал и читал, что дети рождаются даунами, развиваются замедленно… К Сашке это не относилось. Его взгляд был осмысленным, речь ничем не отличалась от нашей – никакого там заикания, запинания. Он просто мыслил иначе. Вообще, он был умнее почти всех из нас – и его могли бы даже уважать, если бы не отвращение, которое он вызывал своими поступками и неопрятным внешним видом.

Никаких отклонений в развитии взрослые и сверстники не замечали за ним и в школе. Нашим рассказам родители просто не верили, поэтому со временем мы замолчали и фактически забыли о нём, предоставив его самому себе – только я, в силу родства, продолжал «присматривать» за Сашкой. Отчасти из любопытства, отчасти из-за того, что они, в отличие от нас, заглядывали к нам часто, и меня каждый раз просили чем-нибудь двоюродного брата занять.

Потом мы выросли и повзрослели. У меня была своя компания, у Сашки – никакой.


всё больше уходил в собственный внутренний мир, то ползая с лупой по ближайшему парку в поисках новых видов насекомых, то исчезая из дома на целые дни для того, чтобы потом – не без участия милиции – найтись где-нибудь в соседнем городе или в спальном мешке под мостом. Его действия нельзя было объяснить с точки зрения нормальной человеческой логики, однако психологи и психиатры, обследовавшие его после этого уже по просьбе тёти Тани, снова ничего не могли найти. Я думаю, Сашка был для них слишком хитёр. Он мог мотивировать свои поступки так, чтобы они стали понятными для взрослых. При этом настоящие цели, как правило, ставил совсем другие. Например, я как-то засёк его в компании пары бомжих, с которыми Сашка пил портвейн на брудершафт, в перерывах доказывая существование НЛО. В другой раз наши пути пересеклись в позднем ноябре, когда я возвращался, весь продрогший под моросившим дождём, домой, а Сашка, что-то там себе насвистывая, шёл к реке с рюкзаком, откуда торчала удочка и – я готов был поклясться! – часть подошвы летних резиновых шлёпанцев. На мой вопрос, фигли он попёрся на речку на ночь глядя, да ещё и в такую погоду, он невозмутимо ответил, что собирается выяснить, где и как именно зимуют раки.

Он вечно ляпал нечто такое, от чего казалось, что поедет крыша уже у нас. Ещё и по этой причине нормальные люди не хотели с ним общаться, а девушки и вовсе избегали.

Так продолжалось вплоть до его тридцатилетия. По слухам, работал он к тому времени из дома, а днюху собирался отметить в кругу семьи. Но прямо накануне этого события в очередной раз пропал без вести, уже навсегда.


И почему я считаю, что во всём виновата мебель? Ну, хотя бы потому, что когда мы с матерью пришли туда гостями и услышали о Сашкином исчезновении, я заглянул в его комнату в последний раз, чтобы посмотреть, что он взял с собой… и заметил: вся эта проклятая асимметричная мебель, от которой опять пошло головокружение, была изрезана, исцарапана бритвой, ножом и Бог знает, чем ещё, искромсана так, что «живого места» на ней не осталось.

Так, будто бы Сашка ненавидел её всей душой, понимая, что именно асимметрия отчасти является причиной его искажённого мировосприятия.

_________________________

Ищете где можно посмотреть фото красивых девушек? Рекомендуем вам смотреть СЌСЂРѕ фото РЅР° сайте ero-foto24 — отличное качество фото и совершенно бесплатно!

Источник: dead-v-life.ru

    Всё не так просто, как кажется. Не каждому удалось проснуться Иваном Бездомным. Сумасшедшими не становятся в один день. Забудьте все эти жалкие и далекие от реальности литературные штампы вроде "…от пережитого потрясения графиня тронулась умом…". Ерунда. Нельзя сойти с ума сразу. Взять и ёбнуться. Сначала вы отмечаете короткие звоночки.

    В один из дней вы обнаруживаете, что начали разговаривать с зеркалом.


есть, вы и раньше говорили с собой — но в этот раз начинаете делать это вслух. Сначала тихо. Вас это пугает, надо же, какой я ненормальный. Затем громче. Затем входит в привычку.    В другой день, общаясь с подчиненным, вы ловите себя на том, что потеряли нить разговора и, автоматически продолжая кивать и хмурить брови, думаете только об одном — как бы вот взять и затолкать все его слова ему в глотку, чтобы он прекратил нести эту банальную, тупую, бессмысленную чушь. Схватить его за волосы и треснуть головой об угол стола, чтобы он понял как пошлы и однообразны его суждения, какой жалкой склизкой тварью ползет он по жизни, пытаясь оставить часть этой слизи на вас.

   Где-нибудь через месяц, ожидая возвращения домой подруги, вы начинаете складывать мозаику из кусочков — она не звонит, мобильный отключен, давно должна была приехать, а куда сегодня собирался Игорь, позвоню ему, странно, тоже не отвечает, и с работы раньше ушел, был выбрит и приодет, она тоже с утра расфуфырилась, сукасукасука, они давно друг на друга пялились, получается ждали только случая. Вы начинаете нервно бегать по квартире, телефонная трубка в руке, палец на ре-дайл, пять сигарет в полчаса. Вы роетесь в её вещах. Вы вытряхиваете её записную книжку, ищете в сумочках презервативы и записки, а когда ничего не находите — нет, это она просто хорошо всё спрятала! Сука, сука, сука.

    Когда она возвращается, от неё пахнет пивом, и вы орёте — убирайся из моего дома, и она, пожимая плечами, начинает собираться, и вы хватаете её за руку в коридоре, ведь вам надо ПРОСТО ПОГОВОРИТЬ, чтобы узнать — да, она с ним трахалась, трахалась, трахалась.
том вы начинаете плакать и отбирать у неё сумки, ведь можно же поверить, что она действительно сидела с подругами в "Курвуазье" (почему тогда телефон отключила?), зайка, я ведь люблю тебя, я же изнервничался весь. А потом вы спрашиваете, так, невзначай, как бы между делом — а давно ли она видела Игоря, да, того, в Испании вместе отдыхали. И когда она со словами "ну вот, опять начал" встает с дивана, где вы вот только что так замечательно уютно вдвоём сидели, вы рявкаете — что она встанет, когда вы её отпустите, а сейчас не будет ли она так любезна сесть на место, и ответить на все вопросы, а вопросов, милая моя, накопилось — предостаточно. И вы даёте ей пощечину, первую — в сердцах и неловко, а уже дальше, когда она с криком убегает на кухню, вы идете за ней и продолжаете бить, и зажимаете ей рот рукой, и снова бъете, и вам это нравится — бить её, а вот и нож рядом, и как было бы сейчас уместно и логично взять этот нож и поднести лезвие ей к глазу и спокойно так, тихо — на ухо ей, что сейчас ты мне все расскажешь, все до последней ёбаной детальки, как когда и с кем.

364216  Или вот еще забавно — когда зимой в вашей пятиэтажке на лестничных клетках спят бомжи, вы выходите и усталым голосом — так, я сказал, короче, чтоб через две минуты я выхожу, и на лестнице нет никого.
вернувшись в квартиру встаёте к глазку и смотрите с одной мыслью — чтоб не успели, не собрались, не ушли. Потому что тогда у вас будет повод выйти и пинать ногами это лежащее в собственной моче вонючее тело в драной куртке и черной вязаной шапке, пинать с силой, сначала по спине, затем по голове, и еще раз, и как интересно — по голове бить самому больно, даже через толстый ботинок отдает в пальцы.
Соседи начинают смотреть на вас с уважением и страхом. Уважения больше. Но не здороваются всё равно. В Москве соседи в весовой категории "до сорока" не здороваются, если вместе не учились в школе.

А вы уже чувствуете, что внутри вас — туго, до последнего предела сжатая пружина безумия, зубы стиснуты, и чуть-чуть если ослабнет оборона здравого смысла — хлынет из вас волна ярости, и вы превратитесь в жестокую машину мести всем и за всё, и станете командовать приливами и отливами, восходами и закатами, всем, что происходит в вашей маленькой ёбнутой вселенной, где вы — единственный бог и повелитель. А потом в один из дней вы понимаете, что всё, аллес, пиздец — крыша рухнула. То есть нет, поймите меня правильно — вы не бегаете по метро в плаще на голое тело с воплями "Банду Ельцина — под суд", не выкладываете на полу в квартире пентаграмму из собственных какашек — вы можете вообще ничего не делать, но при этом понимать — вы стали абсолютно, тотально сумасшедшим. Ёбнутым на всю голову. Крейзи мазафакером.


    Один пытается забить сумасшествие алкоголем. Дурашка, кто же пожар бензином тушит?
  Другой начинает "нормальничать", забивая жизнь до предела — работа, спортзал, большие веса, длинные дистанции на тренажерах, бассейн, рыбалка, клуб, к твоим родителям, к моим родителям, к твоим друзьям, к моим друзьям, начинает спортивно ебать подруг подруги, дружить со всеми, даже случайными людьми, вводит в жизнь боулинг, кёрлинг, прыжки с парашютом, картинг — делает всё, чтобы не оставаться с самим собой наедине ни секунды, ведь тогда безумие выползет из уголка, где калачиком свернувшись лежало до этого времени и скажет — привет, я здесь, я никуда не уходило.

    Третий берет пудовую гирю и бъет ею по голове спящую тещу, потому что заебало жить уже вчетвером в двухкомнатной, конца и края нет. И выносит тело из квартиры в полиэтиленовых мусорных пакетах. Несколько дней выносит. Здесь главное один пакет сразу помещать в другой — чтобы кровь не капала во-первых, ну и собаки на мусоросборнике не добрались. Потом, через месяц, подает заявление в милицию о пропаже, "ну она в последнее время немного странная стала, с приветом чуть-чуть", и как же хочется засмеяться в лицо лейтенанту и сказать — да я её грохнул, я, пиши, писатель! Скулы сводит, так засмеяться хочется, язык чешется сказать! Так что вы присмотритесь к объявлениям по телевизору "Ушла из дома гражданка такая-то… на вид лет семидесяти".
ого ведь таких объявлений по ТВ, правда? Этих старушек что, кавказцы похищают? С целью выкупа? Не-е-е-ет, здесь ищите рядом психа. И жилплощадь.

    Кстати, я начинаю узнавать "наших" по выражению глаз. Вот навстречу мне, типичный наш. Костюм, сорочка, галстук в тон, туфли в тон, сумка кожаная. В глазах — загнанность, и видно — разговаривает сам с собой, хоть и губы сжаты, аргументирует, оспаривает, за и против, "если" — "то", "поэтому" — "так", и т.д., и т.д. Тронь — взорвется. Выскочит из плотины последний болтик — и начнет крушить, ломать, жечь, и заорет на всю Покровку матом, и зарычит, и вопьется зубами в горло встречного прохожего.
     
    Вы, к слову сказать — приглядывайтесь к психам. Нет, не к тем, хрестоматийным, которые сопли пускают и милостыню просят на улицах. А к тем, кто рядом. Ко всем то есть. К нормальным и у которых все в порядке вроде бы — особенно. Я знаю, я сам такой. Ну, в смысле — псих. Вполне возможно, что это я сейчас сижу за офисным столом напротив вас и предлагаю реализовывать вашу антипригарную посуду через наш интернет-магазин.
и я — ваш сосед с четвёртого, с которым вы сталкиваетесь утром на стоянке возле дома, и я, скотина такая, запираю ваш Фолькс своей старой Вольво-740. Я в костюме и в галстуке в тон, туфлях в тон. У меня в портфеле губка для обуви, такая, знаете, с блеском, флакончик Clinique Happy, ну мало ли, брызнуться перед переговорами, и нож, острый, чтобы никакая сука никогда, потому что надоело избегать конфликтов и быть миротворцем. Удивительное — рядом.

Источник: borinets.livejournal.com

Всем нам иногда приходится общаться с совершенно невыносимыми людьми. Как правильно построить диалог с ними? Почему призывы действовать разумно в этих случаях не работают? На эти и другие вопросы отвечает психиатр и консультант Марк Гоулстон в своей книге «Как разговаривать с мудаками: что делать с неадекватными и невыносимыми людьми в вашей жизни», русскоязычный перевод которой выходит в издательстве «Манн, Иванов и Фарбер» (купить на Озоне дешевле).

Публикуем несколько интересных фрагментов из нее. Эта книга посвящена принципам поведения с людьми, ведущими себя иррационально. Но, планируя разговор с подобным человеком, не забудьте спросить себя: для чего вам вообще с ним взаимодействовать?

Есть ли у вас достаточно весомая причина? И не лучше ли вам держаться от него подальше? Нередко ответ очевиден: потому что вы этого человека любите. Или вы зависите от него финансово, или связаны еще какими-то обстоятельствами. Но бывает, что все не так просто. Отношения с таким человеком могут быть не очень важны для вас, и тогда получается, что вы лишь теряете время. В таком случае безумным стоит считать и ваше поведение…

Проработав психиатром десятки лет, я могу сказать, что понимаю безумцев, включая глубоко больных людей. Что я имею в виду? Например, один из моих пациентов преследовал Бритни Спирс, а другой выпрыгнул с пятого этажа, потому что верил, что умеет летать. Еще один как-то раз позвонил мне из тюрьмы в Доминиканской Республике и рассказал, что попал туда, собираясь устроить революцию. Кроме того, я работал с больными анорексией, которые весили меньше 40 килограммов, героиновыми наркоманами и больными шизофренией, испытывающими галлюцинации. Я учил переговорщиков, как заставить сдаться одержимых убийствами террористов, взявших заложников. Сейчас я показываю директорам и топ-менеджерам компаний, как справляться с людьми, угрожающими бизнесу. Проще говоря, мы с ненормальными давно перешли на «ты».

Но недавно меня посетила интересная мысль: я каждый день ожидаю встретить психа, потому в этом заключается моя работа. Однако я внезапно понял, как часто вам приходится сталкиваться с безумцами — не выпрыгивающими с балконов или запугивающими Бритни Спирс, а теми, кого я называю бытовыми психами.

Озарение настигло меня, когда я отправился на встречу застройщиков и их юристов, нуждавшихся в консультации о помощи семьям в кризисной ситуации. Я ожидал скучной встречи, но их рассказы меня заворожили. Я обнаружил, что эти люди ежедневно «разговаривают с сумасшедшими» — совсем как я! Почти каждая обсуждаемая ситуация касалась клиентов, которые вели себя совершенно безумно. У этих юристов не было проблем с тем, чтобы составить завещание или создать трастовый фонд. Но они не знали, что делать, если клиент превращался в психа, — и отчаянно хотели узнать…

Кстати, о слове «псих»: я понимаю, что оно звучит провокационно и неполиткорректно. Но, когда я использую его, я не имею в виду психически больных людей… Любой из нас в определенный момент способен вести себя как сумасшедший. Говоря «псих» или «безумец», я подразумеваю, что человек ведет себя иррационально. Есть четыре признакатого, что люди, с которыми вы имеете дело, иррациональны:

1) у них нет ясной картины мира;

2) они говорят или делают вещи, не имеющие смысла;

3) они принимают решения или предпринимают действия не в своих интересах;

4) когда вы пытаетесь вернуть их на путь благоразумия, они становятся совершенно невыносимыми…

Инструменты, о которых я расскажу, при использовании требуют мужества. Потому что вы не будете просто игнорировать психов и ждать, пока они уйдут. Вы не будете спорить с ними или пытаться переубедить их. Вместо этого вам придется прочувствовать сумасшествие и начать вести себя так же.

Много лет назад кто-то объяснил мне, что делать, когда собака вцепилась вам в руку. Если довериться инстинктам и отдернуть руку, то собака вонзит зубы еще глубже. Но если вы воспользуетесь неочевидным решением и протолкнете руку глубже в глотку, собака ослабит хватку. Почему? Потому что собака захочет сглотнуть, для чего ей нужно расслабить челюсть. тут-то вы и вытащите руку.

Читайте также: С чего начать неприятный разговор?

Похожим образом можно взаимодействовать и с иррациональными людьми. Если вы будете относиться к ним так, будто они сумасшедшие, а вы нет, они только глубже погрузятся в безумные мысли. Но если вы сами станете вести себя как псих, это резко изменит ситуацию. Вот пример.

После одного из самых отвратительных дней в моей жизни по до- роге домой я сосредоточенно думал о свалившихся на меня неприятностях и вел машину на автопилоте. К несчастью для меня, все это происходило в крайне опасный для Калифорнии час пик. В какой-то момент я случайно подрезал пикап, в котором сидел здоровяк с женой. Он сердито просигналил, и я помахал рукой, чтобы показать, что приношу свои извинения. Но затем — всего пару километров спустя — я снова его подрезал.

Тогда мужчина нагнал меня и резко остановил грузовик перед моим автомобилем, заставив меня съехать на обочину. Затормозив, я увидел, как его жена отчаянно жестикулирует, прося его не выходить из машины. Разумеется, он не обращал на нее внимания и через несколько мгновений уже оказался на дороге — под два метра ростом и весом килограммов в 140. Он резко приблизился ко мне и начал стучать по стеклу, выкрикивая ругательства.

Я был настолько ошеломлен, что даже опустил стекло, чтобы слышать его. Затем я подождал, пока он сделает паузу, чтобы после вылить на меня еще больше желчи. И когда он замолчал, чтобы перевести дыхание, я сказал ему: «У вас был когда-нибудь настолько ужасный день, что вы просто надеялись на то, что кто-то вытащит пушку, пристрелит вас и положит конец всем страданиям? Этот кто-то — вы?»

У него отвисла челюсть. «Что?» — спросил он. До этого момента я вел себя очень глупо. Но вдруг я сделал что-то гениальное. Каким-то невероятным образом, несмотря на затуманенное сознание, я сказал именно то, что нужно. Я не пытался договориться с этим пугающим человеком — скорее всего, вместо ответа он бы вытащил меня из автомобиля и ударил по лицу своим огромным кулаком. Я не пытался сопротивляться. Я лишь стал таким же чокнутым и ударил по нему его же оружием.

Он уставился на меня, и я снова заговорил: «Да, я серьезно. Я обычно не подрезаю людей и никогда до этого не подрезал кого-то дважды. Просто сегодня такой день, когда не имеет значения, что я делаю и кого встречаю — включая вас! — всё идет наперекосяк. Вы станете человеком, который милостиво положит конец моему существованию?» Он немедленно изменился, успокоился и начал подбадривать меня: «Эй. Чего ты, парень, — сказал он. — Все будет в порядке. Честно! Расслабься, у всех бывают плохие дни».

Я продолжил свою тираду: «Тебе легко говорить! Ты-то сегодня не испортил все, к чему прикасался, в отличие от меня. Не думаю, что у меня хоть что-то станет хорошо. Ты поможешь мне?» Он с воодушевлением продолжил: «Нет, правда. Я не шучу! Все наладится. Отдохни». Мы проговорили еще несколько минут. Потом он вернулся в грузовик, что-то сказал жене и махнул мне в зеркало, как бы говоря: «Запомни. Успокойся. Все будет хорошо». И уехал.

Сейчас я не горжусь этой историей. Честно говоря, парень в пикапе был не единственным иррациональным человеком на дороге в тот день. Но вот к чему я клоню. Тот здоровяк мог бы отбить мне легкие. И, пожалуй, сделал бы это, если бы я попытался урезонить его или поспорить с ним. Но я встретился с ним в его реальности, где я был плохим человеком и у него были все основания ударить меня. Инстинктивно используя технику, которую я называю агрессивным подчинением, я превратил его из врага в союзника меньше чем за минуту. К счастью, моя реакция была естественной, даже в тот по-настоящему неудачный день. Это произошло потому, что я на протяжении многих лет работы психиатром ставил себя на место сумасшедших. Я делал это тысячи раз, разными способами, и я понимал, что это работает. Более того, я знаю, что это сработает и для вас. Маска психа — это стратегия, которую вы можете использовать с любым иррациональным человеком. К примеру, чтобы поговорить:

— с партнером, который орет на вас или отказывается с вами разговаривать;

— с ребенком, кричащим «Я ненавижу тебя!» или «Я ненавижу себя!»;

— со стареющим родителем, который считает, что вам на него наплевать;

— с сотрудником, постоянно раскисающим на работе;

— с менеджером, который все время пытается вас задеть.

Не важно, с каким типом бытовых психов вы имеете дело, — умение самому стать сумасшедшим позволит вам избавиться от провальных коммуникационных стратегий и достучаться до людей. В результате вы сумеете вовлечься практически в любую эмоциональную ситуацию и чувствовать себя уверенным и контролирующим все.

1. Поймите, что человек, с которым вы столкнулись, в данной ситуации не способен мыслить рационально. Осознайте, что глубокие корни его иррациональности лежат скорее в далеком (или не очень далеком) прошлом, а не в текущем моменте, поэтому сейчас вы вряд ли сможете переспорить или переубедить его.

2. Определите modus operandi другого человека — уникальный набор действий, к которым он прибегает, будучи не в себе. Его стратегия нужна, чтобы выбить вас из равновесия, заставить вас злиться, бояться, ощущать фрустрацию или вину. Когда вы поймете образ действий, вы почувствуете себя более спокойным, сконцентрированным и контролирующим ситуацию и сможете выбрать подходящую контрстратегию.

3. Осознайте, что безумное поведение не касается вас. Зато оно многое говорит о человеке, с которым вы имеете дело. Перестав воспринимать на свой счет его слова, вы лишите противника важного оружия. Вместе с тем используйте во время разговора нужные психологические инструменты, они удержат вас от того, чтобы впасть в безумие. Эти инструменты позволят вам избежать «захвата миндалины» — интенсивной эмоциональной реакции на внезапную угрозу. Этот термин, придуманный психологом Дэниелом Гоулманом, описывает состояние, когда миндалевидное тело — часть вашего мозга, отвечающая за формирование страха, — блокирует рациональное мышление.

4. Поговорите с иррациональным человеком, погружаясь в мир его безумства, спокойно и предметно. Во-первых, примите за данность невиновность человека. Это значит, что вы должны верить, что на самом деле человек добр, а у его поведения есть причина. Постарайтесь не осуждать, а понять, что же стало этой причиной. Во-вторых, представьте, что вы испытываете те же эмоции: агрессию, непонимание, угрозу.

5. Покажите, что вы союзник, а не враг: спокойно и внимательно выслушайте человека, пока он выпускает пар. Вместо того что- бы перебивать, дайте ему высказаться. так вы удивите человека, который ждет ответного нападения, и сблизитесь с ним. Можно даже извиниться. И чем более внимательно и чутко вы будете отражать эмоции оппонента, тем скорее он сам начнет прислушиваться к вам.

6. Когда человек успокоится, помогите ему перейти к более разумным действиям. Эти шаги — основа большинства психологических техник, которым я научу вас (хотя возможны вариации: например, при общении с задирами, манипуляторами или психопатами). Однако имейте в виду, что проходить цикл благоразумия с иррациональным человеком не всегда легко и весело и не всегда данная техника работает мгновенно. И, как и со всем в нашей жизни, существует риск того, что она не сработает вовсе (и есть даже вариант, что ситуация ухудшится). Но, если вы пытаетесь отчаянно достучаться до собеседника, которого трудно или вовсе нереально контролировать, этот метод, вероятно, станет наилучшим выбором.

Читайте также: О неврозе и здоровой любви

Поделитесь этой полезной статьей с друзьями!

Источник: babanov.space


Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.