Психологические особенности старости


Начало старения и старость существенно отличаются у отдельных людей. Иногда процесс старения как бы приостанавливается на некоторое время, иногда, напротив, ускоряется. Нормальная старость начинается постепенно, медленно и плавно, но никогда сразу, в одночасье, в какую-то годовщину со дня рождения.

Исследования в области психологии старости показывают, что индивидуальные различия между пожилыми людьми более значительны, чем между молодыми. Это понятно: они прожили дольше, у них было гораздо больше возможностей что-либо в жизни испытать – не только стрессовые ситуации и отрицательные эмоции, но и любовь, радость, минуты счастья; было больше времени для формирования собственной личности. Не может быть и речи о стариках вообще. Одни пожилые люди выглядят так, как будто возраст их почти не коснулся, другие в старости даже хорошеют или становятся мудрее. У третьих состояние соответствует календарному возрасту, четвертые старятся преждевременно. А некоторые – действительно неприятные люди. Но не были ли они такими в течение всей жизни?


Старость может принимать различное обличье. Люди, которые, что называется, умеют стареть и не обманывают ни себя, ни окружающих (не соответствующими возрасту и внешности одеждой, прической, поведением и т.п.), часто выглядят лучше, чем те, кто не смог примириться с действительностью.

Пожилые и старые люди, которые смогли выработать позитивное отношение к этому этапу своей жизни и сохранили индивидуальность, зачастую пользуются популярностью у молодого поколения, не бывают и не чувствуют себя одинокими и стремятся как можно дольше быть активными, независимыми, чтобы не стать кому-то в тягость. Многие из них сами помогают семье или другим людям, которым требуется помощь.

Но те, кто внутренне ощущает старость и старение как время потерь и безнадежности, как “ожидание смерти”, проживают ее трагически. Если представить себе, что речь может идти о 10, 20 годах жизни и более, то это действительно большая потеря для них и для окружающих. Правда, иногда этому негативному чувству способствуют именно окружающие, которые бывают бестактными, жестокими, не проявляют необходимого сочувствия. Поэтому неудивительно, что старый человек, живущий без любви и уважения, чувствует себя ненужным.

Старение – это естественный процесс, который сначала проявляется незаметно, а в пожилом возрасте ускоряется. Как уже было сказано, этот физиологический этап человеческой жизни имеет естественные признаки, по-разному проявляющиеся у различных людей. Важно знать о них заблаговременно, чтобы не быть застигнутым врасплох.


Основой физиологических изменений в старости является изношенность органов, замедленный обмен веществ, ухудшение деятельности биологических адаптационных механизмов. Старый человек плохо приспосабливается к изменениям температуры, поэтому у него часто холодные руки и ноги — они хуже снабжаются кровью.

С возрастом постепенно уменьшаются запасы психической адаптационной энергии. Это проявляется, например, в том, что старые люди тяжело переносят вынужденный отказ от старых привычек, без особого удовольствия принимают новые мнения или используют новые методы в своей профессиональной деятельности (неофобия). Стареющий человек не любит изменений в своем непосредственном окружении и труднее к ним привыкает.

Замедленная реакция на раздражители означает увеличение временного интервала между воздействием раздражителя и ответом на него. Таким образом, измеряется быстрота реакции при психометрических тестах. Некоторым пожилым людям необходимо больше времени для принятия решений, для подготовки даже к таким ежедневным делам, как выход из дому на прогулку или за покупками и т.п. Интересно, что эта нерешительность, как правило, отсутствует при выполнении привычных рабочих операций.

С возрастом замедляется и быстрота словесной реакции. Пожилому человеку труднее высказывать свои мысли, и требуется больше слов для их выражения.


В старости люди становятся более замкнутыми – интравертными. Внутренняя эмоциональная и интеллектуальная жизнь приобретает для них большую значимость, чем прежде.

В старости возможны изменения в эмоциональной сфере. Эмоциональная жизнь пожилых людей, с одной стороны, более статична, т. е. не отличается такими яркими проявлениями эмоций, как в молодости. С другой стороны, старые люди более ранимы, больше нуждаются в проявлениях заботы, внимания и понимания со стороны окружающих. Старые люди в большинстве случаев свободны от страстей, аффектов и предвзятости; как правило, более уравновешенны. Кто был в зрелости умным, к старости становится мудрым.

У большинства старых людей постепенно сужается круг близких друзей и родственников — может даже произойти частичная или полная изоляция. Есть люди, у которых множество увлечений, и, наконец, в пенсионном возрасте появляется достаточно времени, чтобы ими заняться. Но не каждый умеет, выйдя на пенсию, найти “запасной вариант” жизни – особенно те, кто был поглощен только работой и не имел никаких хобби. Согласно социологическим исследованиям, уход на пенсию очень болезнен для людей с низкой профессиональной квалификацией, узких специалистов и одиноких людей. Это усугубляется еще и тем, что с уходом на пенсию снижается жизненный уровень.


Подобные перемены в жизни могут стать психосоциальными факторами риска: если чрезмерно усилится их негативное влияние, то нарушится нормальное старение. Социальная изоляция способна привести старика к душевному одиночеству; с этим связаны изменения в поведении, которые окружающие часто не понимают или неправильно объясняют. Старый человек не говорит об этих причинах или потому, что не осознает их, или потому, что стесняется о них говорить. При этом он считает (часто ошибочно), что его близкие — родственники или друзья — должны понять все сами… Разочарованный, он все больше погружается в себя и постепенно ему становится все тяжелее поддерживать контакты с другими людьми. Возникают подавленность, страх, депрессия (особенно в утренние и дополуденные часы), чувство неполноценности, рушатся надежды, чаще вспоминается прошлое, пропадает желание заниматься какой-либо деятельностью. В конце концов, человек покоряется воле судьбы.

Однако патологические изменения в старости не являются неизбежными. Как только близкие старого человека заметят первые признаки патологии, которая вначале может проявляться как чудачество, они должны приложить все силы, чтобы он не чувствовал себя одиноким.

Кроме того, проявления старости с возрастом различаются. Например, у шестидесятилетнего они совершенно иные, чем у девяностолетнего. Разные люди на различных этапах старости по-своему реагируют на ее неприятные проявления. Не все хорошо приспосабливаются к старости, не всем удается внутренне примириться с фактом, что молодость прошла.


Большую роль играют отношения стареющего человека с его ближайшим окружением: отрицательное влияние средовых воздействий порождает у них целый ряд невротических нарушений. В их числе описывают такие состояния, как невроз “социальной изоляции” (при уходе взрослых детей из семьи), “пенсионного банкротства” или же панической боязни “не дотянуть до пенсии”, “неврозы итога”, вызванные субъективной оценкой неблагоприятного баланса жизненных достижений. Существует, правда, и иная точка зрения, основанная на том, что с наступлением старости нервно-психическая реактивность личности снижается и тем самым патогенное действие травмирующих отношений теряет свое значение (отсюда и уменьшение невротических заболеваний в старческом возрасте).

Однако в любом случае перед стареющим человеком неизбежно возникают вопросы: как вести себя в новой обстановке, как не быть в тягость близким и самому себе? Как избежать дряхлости и немощности, продлить свою работоспособность, чувствовать себя до последних дней естественного конца жизни здоровым и крепким? В их решении очень многое зависит от разума и воли человека, от выбранной им общей стратегии “преодоления” старости, осознанного устремления к продуктивному и полнокровному долголетию. В этом отношении мы вполне уверенно можем утверждать, что профилактика преждевременной старости целиком зависит от здорового образа жизни в юношеские и молодые годы. Известный отечественный геронтолог А. А. Богомолец писал: “Умение продлить жизнь – это прежде всего умение не сокращать ее. Затормозить процесс старения можно разумным управлением своей жизнью”.


В психологическом облике старости отражается весь духовный мир человека, его предшествующий опыт, накопленные знания, склад характера и проявления темперамента. У акцентуированных и психопатических натур нередко происходит утрированное заострение наиболее демонстративных черт личности, гротескное усиление присущих ей внутренних конфликтов. Именно у них наиболее часто вырабатывается позиция панической боязни старости как “живой могилы” (по выражению Мартина Лютера), состояние беспомощности и обреченности, доходящее до суицидального поведения. Вместе с тем среди долгожителей, как правило, не удается обнаружить каких-либо личностных отклонений и затяжных психологических конфликтов в предшествующие периоды жизни.

Для лиц, страдающих неврозами и психопатиями, вся биологическая перестройка организма в пожилом возрасте представляет массивный психотравмирующий фактор, на фоне которого оживают и приобретают болезненный характер ранее являвшиеся безразличными внешние воздействия. Больные становятся несдержанными, беспокойными, тревожными, мнительными, обидчивыми и ранимыми. Колебания настроения достигают выраженной степени, сопровождаются повышенной слезливостью, приступами безысходной тоски и отчаяния. Своевременно проводимое успокаивающее лечение транквилизаторами (от французского “транквиль” — спокойный) при одновременной нормализации внутрисемейной и производственной обстановки прекращает эти расстройства.


Большое значение в невротических ухудшениях состояния здоровья приобретают перемены в привычном укладе жизни, изменения условий труда и быта (перемена места работы перед уходом на пенсию, переезд на другую квартиру, появление новых соседей и т. п.). Болезненная ломка привычного образа жизни особенно значимой бывает для тревожно-мнительных натур, у которых с возрастом затрудняется приспособление к новому окружению, новому ритму жизни, новым человеческим отношениям.

В преддверии старости перед личностью встает вопрос – как компенсировать упадок энергии, повысить физические возможности? Здесь многое зависит от психологических моментов. Так, при недостаточной подготовленности к предстоящему уходу на пенсию и при отсутствии активного досуга в ряде случаев возникают депрессивные и астенические реакции. Человека угнетает реальная и мнимая потеря жизненных позиций. Мысли о разрушающемся семейном благополучии, об утрате главенствующей роли в семье, о нереализованных планах ведут тревожно-мнительных и возбудимых людей к глубоким внутренним конфликтам, усугубляя свойственную старческому возрасту тоскливую окраску переживаний. Состояние бездеятельности, появление мучительной “вакуумной” ситуации приводит к значительной психической травме пожилого человека.


В старческом возрасте нередко наблюдаются тревожные опасения за свое здоровье, сосредоточенность внимания на нередко выраженных телесных ощущениях, доходящая иногда до убежденности в наличии тяжелого, неизлечимого заболевания. Появляется боязнь одиночества из-за потери родных и близких, панический ужас перед надвигающейся дряхлостью. Своевременное проведение индивидуальных психотерапевтических бесед, общеукрепляющего лечения, формирование отвлекающей доминанты устраняют такие временные, функциональные расстройства психики.

В отчете Комитета экспертов психического здоровья Всемирной организации здравоохранения сказано: “Старость — это один из этапов человеческой жизни, не самый лучший и не худший из них, имеющий свои характерные особенности и достоинства”. Задача медицинских работников состоит в том, чтобы всемерно содействовать нормальному протеканию старости, физическому и психическому здоровью пожилых людей. Овладение искусством счастливой старости во многом зависит от упорного и терпеливого шлифования своего характера, активного и деятельного образа жизни.

Источник: StudFiles.net

Старость – завершающий период жизни человека.


Наиболее характерными психическими особенностями человека в данном периоде являются: «уход» во внутренний мир, стратегическая ценностная переориентация, критическая переоценка ранее принятых ценностей, умиротворенность и успокоенность, умудренность жизненным опытом.

В этом возрастном периоде возникает высший уровень личностной интеграции. Качество жизни зависит от успешности решения основных стратегических задач предшествующих периодов жизни. Характерно некоторое ослабление процессов восприятия и двигательной активности. Старость не связана с неизбежной общей психической деградацией – у многих людей сохраняется оптимальный уровень интеллекта и эмоционально-волевых возможностей.

Ведущим психическим новообразованием данного периода принято считать отношение человека к своей жизни, возникновение МУДРОСТИ и отношение к смерти.

Пожилой возраст принято определять с периода выхода на пенсию. Данный этап в жизни человека влечет за собой множество перемен, одной из которых является изменение образа и стиля жизни. Это переход человека из одной социальной роли в другую.

Изменяется личность человека, он начинает иначе себя вести, относится к другим людям, заново осмысливает действительность и свои ценности. Ему нужно примириться с новой социальной ролью, т.е. понять, какие возможности перед ним открываются, какие пути для него закрыты, что значит быть пенсионером.

Многие авторы (например, Е.С.Авербух) говорят о том, что выход на пенсию является травмирующей ситуацией. Самооценка человека резко падает, он ощущает себя социально бесполезным человеком. Понижается уровень самоуважения, что влечет за собой соответствующие поведенческие изменения.


По мнению Ю.М.Губачева, чем раньше человек выйдет на пенсию, тем быстрее станет физически, духовно и умственно мало подвижным, что может негативно сказаться на его личности.

Выход на пенсию – это изменение ситуации не только для тех, кто окружает его, поэтому процесс приспособления проходят и пенсионер, и его близкие. Человек встает перед выбором нового рода занятий. Именно здесь. Большую роль для пенсионера играет его семья. Именно здесь человек может восполнить пробелы в общении.

Р.С.Эшли предлагает фазы пенсионного процесса:

  •   предпенсионная фаза;
  •   фаза «медового месяца»;
  •   фаза разочарования;
  •   фаза стабильности;
  •   завершающая фаза.

Роль семьи в создании психологического комфорта особенно важна в завершающей фазе, когда человек как бы подводит итого всей прожитой жизни.

Говоря о данном периоде, обычно характеризуют умственные способности пожилых людей. Обычно выдвигали концепцию «интеллектуального дефицита» пожилых людей. Но в современных психологических исследованиях, ученые не придерживаются данного мнения. Дело в том, что с возрастом возникает не новое качество, а специфика интеллекта, которая заключается в особенностях памяти (ослаблении кратковременной и сохранности долговременной). При этом люди, занимающиеся интеллектуальным трудом, творчеством удивляют нас ясностью и прозорливостью своих мыслей, мудростью суждений, гибкостью и подвижностью мышления.

Американские ученые с успехом доказывают, что интеллектуальные возможности пожилых людей определяются не столько возрастными показателями, сколько физическим состоянием здоровья, изолированностью, недостатком образования и др. При этом следует учитывать как закономерности в развитии человека данного возрастного периода, так и его индивидуальные особенности.

Особое внимание ученые уделяют проблеме одиночества в старости. Причиной такого самовосприятия могут служить следующие факторы:

  •   слабое состояние здоровья;
  •   ограниченный круг общения;
  •   отсутствие семьи и близких людей и др.

Так, А.И.Берг доказал, что для нормального психического развития, человек должен контактировать с окружающим миром, общаться. При полной изоляции человека от окружающего мира может начаться безумие. Эти контакты способствуют активизации интеллектуальной деятельности. В межличностном общении, как бы отсрочивается старость. Именно этому возрасту в большей степени свойственно одиночество. Темы для общения у пожилых людей также определяются их состояние здоровья, наболевшими проблемами, воспоминаниями прожитой жизни. Круг его общения ограничен (семья, близкие, соседи, участковый врач). И здесь нужно учитывать закономерности и особенности психических изменений данного возраста.

Главным психическим новообразование в старости является становление и развитие мудрости Формируется новое отношение к смерти и бессмертию. По этому поводу, П.С.Гуревич пишет, что возникает несколько позиций в понимании бессмертия у людей с различным уровнем интеллектуального развития, их жизненного опыта и духовности. Так, одни считают, что их бессмертие – в их детях, другие – в научных и творческих достижениях, которые останутся после смерти; третьи – в духовном единении с Господом Богом; четвертые – в переходе одной энергии в другую, в единении со всей природой и растворении в ней.

Источник: hr-portal.ru

Психологические особенности в пожилом и старческом возрасте

Проблема старения и старости является объектом особой междисциплинарной отрасли знания – геронтологии. В центре внимания геронтологии находятся биологические, психологические и социологические аспекты старения.

Биологический подход к старению ориентирован прежде всего на обнаружение телесных причин и проявлений старения. Биологи рассматривают старение как закономерный процесс, протекающий в течение постнатальной жизни организма и сопровождающийся столь же закономерными изменениями на биохимическом, клеточном, тканевом, физиологическом и системных уровнях (В.В. Фролъкис, 1988; Е.Н. Хрисанфова, 1999).

В зарубежной геронтологии широкое распространение получили четыре основополагающих критерия старения, которые в 60-е годы XX в. были предложены известным геронтологом Б. Стрехлером:

старение, в отличие от болезни, представляет собой универсальный процесс, ему подвержены все без исключения члены популяции;

старение является прогрессирующим непрерывным процессом;

старение есть свойство любого живого организма;

старение сопровождается дегенеративными изменениями (в противовес изменениям организма при его развитии и взрослении).

Таким образом, старение человека представляет собой базовый универсальный биологический процесс, который, однако, реализуется в конкретных социокультурных условиях. Поэтому геронтология рассматривает старение как комплексное явление, включающее личностные, социальные и даже экономические аспекты жизни человека. Об этом свидетельствует также тот факт, что такие показатели, как продолжительность жизни и схемы периодизации, отмечающие начало старения и длительность его протекания, подвержены заметным изменениям.

К числу наиболее значимых, глобальных явлений, наблюдавшихся в XX веке, относится радикальное (почти в два раза) увеличение продолжительности жизни. С этим связано изменение взглядов на периодизацию старения.

В начале века немецкий физиолог М. Рубнер предложил возрастную классификацию, в которой начало старости устанавливалось в 50 лет, а почтенная старость начиналась с 70 лет. В 1905 г. известный американский медик В.Аслер утверждал, что 60 лет надо считать предельным возрастом, после чего старики становятся в тягость себе и обществу. В 1963 г. на Международном семинаре ВОЗ по проблемам геронтологии была принята классификация, выделяющая три хронологических периода в позднем онтогенезе человека: средний возраст (45-59 лет), пожилой возраст (60-74 года), старческий возраст (75 лет и старше). В отдельную категорию были выделены так называемые долгожители (90 лет и старше). В соответствии с последними данными, возраст 60-69 лет определяется как предстарческий, 70-79 лет – как старческий, 80-89 лет – как позднестарческий, 90-99 лет — как дряхлость (Крайг, 2000).

Следует, однако, иметь в виду, что любая схема выделения и классификации инволюционного, или регрессивного, возраста достаточно условна, поскольку физиологи еще не располагают данными для исчерпывающей характеристики каждой из перечисленных выше стадий онтогенеза. Принято считать, что регрессивные изменения биохимических, морфологических и физиологических показателей статистически коррелируют с увеличением хронологического возраста. Наряду с этим, как и в детстве, при оценке старения необходимо различать понятия биологического и календарного/ хронологического возрастов. Однако оценка биологического возраста при старении является одной из дискуссионных проблем возрастной физиологии.

Определение биологического возраста требует точки отсчета, отталкиваясь от которой, можно количественно и качественно охарактеризовать психосоматический статус человека. В детстве биологический возраст определяют с помощью понятия статистической нормы, где точкой отсчета служат средние групповые или популяционные данные, характеризующие уровень развития структуры или функции в данной выборке в текущий момент времени. Подобный подход к оценке биологического возраста при старении весьма затруднителен, поскольку оно часто осложнено разнообразными заболеваниями и нет четкого представления о том, как должно протекать естественное старение, не осложненное болезнями.

Тем не менее, как указывал известный физиолог И.А. Аршавский, по биохимическим и физиологическим параметрам можно определить среднее значение максимальной степени неравновесности (потенциальной лабильности различных систем организма), характерное для физиологически здоровых людей в стационарном (взрослом) состоянии, и таким способом приобрести точку отсчета (И.А. Аршавский, 1975). Отталкиваясь от нее, можно попытаться оценить истинный биологический возраст после завершения стационарного периода. Возможно, что в будущем будут установлены надежные методы оценки биологического возраста при старении. Например, при оценке электрофизиологических показателей – временных и амплитудных параметров ответов коры мозга — получают кривые старения, которые позволяют оценить возраст по показателям функционирования коры мозга.

Проблема, однако, состоит в том, что при старении, как и в детстве, действует принцип гетерохронности. Он проявляется в том, что у человека не все органы и системы стареют одновременно и с одинаковой скоростью. Для большинства из них процессы старения начинаются задолго до наступления старости. Многие эффекты старения не обнаруживают себя до поздней взрослости не только потому, что процессы старения развиваются постепенно, но и потому, что наряду с процессами старения в организме параллельно протекают компенсаторные процессы витаукта

Кроме того, нельзя упускать из виду тот факт, что хотя старение – процесс закономерный и нормативный, оно имеет большой спектр индивидуальных различий. На этой стадии онтогенеза различия между календарным и биологическим возрастами могут быть выражены сильнее, чем в детстве. Индивидуальные особенности старения человека обусловливают существование различных вариантов старения. Клинико-физиологические показатели позволяют выделить несколько синдромов старости: гемодинамический (изменения в сердечно-сосудистой системе), нейрогенный (изменения в нервной системе), респираторный (изменения в дыхательной системе).

По темпам старения выделяют ускоренное, преждевременное (акселерированное) старение и замедленное, ретардированное, старение. Описано крайнее выражение ускоренного старения – прогерия, когда признаки старения проявляются даже у детей. Замедленное старение свойственно долгожителям (В.В. Фролъкис, 1988).

Старение организма в целом связывается прежде всего с нарушениями механизмов саморегуляции и процессов переработки информации на разных уровнях жизнедеятельности. Особое значение в механизмах старения на клеточном уровне имеет нарушение передачи информации в системе генетического аппарата клеток, на уровне целостного организма – в системе нейрогуморальной регуляции. Вследствие этого старение представляет собой тотальный процесс, охватывающий весь организм человека, и его проявления можно обнаружить во всех органах, системах и функциях.

Внешние телесные изменения при старении хорошо известны (седина, морщины и др.). Кроме того, изменения в структуре скелета приводят к уменьшению роста, который может снизиться на 3-5 см в связи со сжатием межпозвоночных дисков. Возникает остеопороз (деминерализация костей, выражающаяся в утрате ими кальция), в результате кости становятся хрупкими. Уменьшается мышечная масса, вследствие чего снижаются сила и выносливость. Кровеносные сосуды теряют эластичность, некоторые из них закупориваются, из-за этого ухудшается кровоснабжение организма со всеми вытекающими отсюда последствиями. Эффективность работы сердечно-сосудистой системы в целом снижается, ослабевает способность легких к осуществлению газообмена. В иммунной системе снижается выработка антител, и защитные силы организма ослабевают. В то же время регулярные физические упражнения, способствующие укреплению мышц, в пожилом возрасте улучшают соматический статус организма.

Систематическое изучение возрастной эволюции и инволюции сенсорно-перцептивных функций человека проводилось в 60-е годы в школе Б.Г.Ананьева. В этих исследованиях было установлено, что онтогенетические изменения сенсорной (для зрения, слуха) и пропреоцептивной чувствительности имеют общий характер. Чувствительность возрастает к периоду ранней юности, затем стабилизируется и, начиная с 50-60 лет, снижается. На фоне этой общей тенденции, однако, наблюдаются некоторые возрастные спады и подъемы. Другими словами, и на стадии позитивного развития, и в ходе инволюции изменение чувствительности осуществляется в соответствии с принципом гетерохронности.

Показательна в этом плане возрастная динамика цветочувствительности. За исключением общего оптимума, который наблюдается приблизительно в 30 лет, т. е. значительно позднее по сравнению с общей светочувствительностью и остротой зрения, все частные виды чувствительности к различным длинам волн изменяются по-разному. Начиная с 30 лет происходит значительное и неуклонное снижение чувствительности к крайним длинноволновым и коротковолновым цветам — красному и синему. В то же время чувствительность к желтому цвету не снижается даже после 50 лет. В отношении слуховой чувствительности установлено, что ее возрастающее снижение распространяется на высокочастотную часть звукового диапазона и начинается с 30 лет. Если в качестве эталона использовать пороги слышимости двадцатилетних, то оказывается, что потери чувствительности возрастают в следующем порядке: в 30 лет – на 10 дБ, в 40 лет – на 20 дБ, в 50 лет – на 30 дБ. Сходные тенденции наблюдаются и в других видах сенсорных модальностей.

Однако, как подчеркивал Ананьев, в случаях, когда профессия предъявляет повышенные требования к органам чувств (например, требования к зрительным функциям у летчиков), их функционирование даже в зрелом возрасте остается на высоком уровне. Любая сенсорная функция проявляет свой действительный потенциал лишь в том случае, если находится систематически в состоянии полезного для нее оптимального напряжения.

Возрастные изменения с неизбежностью затрагивают и мозг человека. Процессы, происходящие в головном мозге стареющего человека, ошибочно было бы считать просто угасанием. В действительности при старении мозга имеет место сложная перестройка, ведущая к качественному изменению его реакций. Возрастные изменения имеют различные морфофункциональные проявления. Различают общие и частные изменения. К общим относят изменения, свидетельствующие о снижении функций энергообеспечивающих структур и аппарата, ответственного за синтез белка. Частные изменения целесообразно анализировать на уровнях: отдельного нейрона, нервной ткани, отдельных структурных образований, входящих в состав мозга, и целого мозга как системы.

Прежде всего, возрастные изменения головного мозга человека характеризуются уменьшением его массы и объема. Масса мозга человека в возрасте от 60 до 75 лет снижется на 6%, причем неравномерно в различных отделах. Кора больших полушарий уменьшается на 4%, наибольшие изменения (на 12-15%) происходят в лобной доле. Отмечены половые различия степени атрофии мозга при старении. Масса головного мозга женщин примерно на 110-115 г меньше, чем у мужчин. Между 40 и 90 годами масса мозга уменьшается у мужчин на 2,85 г в год, а у женщин на 2,92 г (В. В. Фролькис, 1988).

Большинство исследователей мозга человека указывают на преимущественную потерю нейронов в коре, гиппокампе и мозжечке. В большинстве подкорковых образований клеточный состав остается неизменным до глубокой старости. Иными словами, филогенетически более «новые» структуры мозга, связанные с познавательной функцией, в большей степени подвержены возрастной потере нейронов, чем филогенетически «старые» (ствол мозга).

Синаптические контакты, как известно, играют решающую роль в обеспечении межнейронного взаимодействия в нервных сетях, в силу своей пластичности они тесно связаны с памятью и научением. При старении уменьшается плотность числа синапсов. Однако утрата синапсов происходит не во всех отделах ЦНС в равной степени. Так, в лобной доле человека достоверно доказано уменьшение количества синапсов с возрастом, в то время как в височной доле возрастные изменения не наблюдаются.

Изменения в состоянии синапсов наблюдаются не только в коре, но и в подкорковых структурах. Например, возрастные нарушения пространственной памяти объясняются снижением специфичности, эффективности и пластичности синаптической передачи в гиппокампе. При старении уменьшается способность формирования новых синапсов. Редукция синаптической пластичности в старости может способствовать потере памяти, ухудшению двигательной активности и развитию других функциональных нарушений мозга. При этом ухудшаются межнейронные контакты в различных областях ЦНС, нейроны как бы подвергаются «деафферентации», в связи с чем нарушается их ответная реакция на сигналы внешней среды, нервные и гормональные стимулы, т.е. повреждаются синаптические механизмы деятельности мозга.

При старении существенно изменяется состояние медиаторных систем организма. Одним из наиболее характерных феноменов старения является дегенерация дофаминэргической системы мозга, последнее непосредственно связано с развитием в старческом возрасте таких заболеваний, как паркинсонизм. Нарушения в деятельности еще одной медиаторной системы мозга – холинэргической — играют одну из основных ролей в расстройствах памяти, восприятия и других познавательных процессов, возникающих при болезни Альцгеймера.

Особый интерес представляет проблема межполушарного взаимодействия при старении. Главная особенность церебральной асимметрии стареющего мозга состоит в том, что нарушается устойчивая совместная деятельность полушарий. Существуют некоторые разногласия в оценках темпов старения левого и правого полушарий. По одной из точек зрения, правое полушарие стареет раньше левого, по другой – процесс старения обоих полушарий характеризуется высокой синхронностью.

Н.К. Корсакова, обсуждая нейропсихологические аспекты старения мозга, обратилась к концепции Лурии о функциональных блоках мозга. По ее данным, нормальное физиологическое старение характеризуется на всех этапах позднего возраста в первую очередь изменениями в работе блока регуляции тонуса и бодрствования: в нем происходит сдвиг в сторону преобладания тормозных процессов. В связи с этим возникают такие характерные феномены, как общая замедленность при выполнении различных действий, сужение объема психической активности при одновременной реализации различных программ. Наряду с этим сохранность ранее закрепленных форм активности, связанных с функционированием блока переработки информации, создает благоприятные предпосылки для успешной реализации сложившихся стереотипов деятельности.

Теперь перейдем к обсуждению теории старения. Основной вопрос, который, так или иначе, ставится во всех существующих теориях старения, сводится к следующему: является ли этот процесс генетически запрограммированным и закономерно обусловленным эволюцией человека как вида или он представляет собой аналог механического износа технического устройства, заключающийся в постепенном накоплении мелких нарушений, которые приводят в конечном счете к «поломке» организма. Соответственно существующие теории старения подразделяются на две группы — теории программированного старения и теории изнашиваемости организма (так называемые стохастические теории).

Теории программированного старения исходят из того, что эволюция запрограммировала функционирование живого организма на период его активной жизнедеятельности, включающий период репродукции. Иначе говоря, в живой организм генетически заложена биологическая активность, распространяющаяся только на период его так называемой «биологической полезности». Быстрая деградация и гибель стареющего организма предопределены природой.

Применительно к человеку этот подход связан с распространенными в начале XX в. представлениями о том, что в каждый период жизни организма доминирует определенная эндокринная железа: в молодости — тимус, при половом созревании – эпифиз, в зрелости –половые железы, в старости – кора надпочечников. Старение рассматривается как результат смены деятельности различных желез и определенного их соотношения. Причины смены доминирования теория не объясняет.

Близка по смыслу к этому и теория «встроенных часов». Эта теория предполагает, что существует единый пейсмейкер («водитель ритма»), находящийся, возможно, в гипоталамусе и в гипофизе головного мозга. Он включается в результате того, что вскоре после наступления полового созревания гипофиз начинает выделять гормон, вызывающий начало процесса старения, который в дальнейшем будет протекать с определенной скоростью. Наличие «встроенных часов» подтверждается, в частности, существованием для каждого организма строго генетически обусловленной программы клеточного деления в онтогенезе. Возможно, что биологические часы также управляют иммунной системой человека, которая до 20 лет набирает силу, а затем постепенно ослабевает.

Наряду с этим существует теория, в соответствии с которой старение определяется запрограммированными действиями специфических генов. Другими словами, старение – это генетически запрограммированный процесс, результат закономерного, последовательного развертывания программы, заложенной в генетическом аппарате. Предполагается, в частности, что средняя продолжительность жизни определяется специфическими генами, которые содержатся в каждой клетке тела. Экспрессия этих генов происходит в заранее заданный момент времени, когда должна наступить смерть организма.

В соответствии со стохастическими теориями старение – это просто снижение способности клеток к самовосстановлению. Человеческий организм сравнивается с механизмом, изнашивающимся от постоянного использования. Причем к этому износу добавляется накапливание клеточных дисфункций и повреждений. Последнее приводит к тому, что состарившиеся клетки хуже избавляются от продуктов метаболизма, а это препятствует нормальному протеканию внутриклеточных процессов, нарушая и/или замедляя их.

Предполагается также, что старение вызывается существованием в организме остатков метаболизма кислорода, который необходим для жизнедеятельности каждой клетки. Это так называемые «свободные радикалы» – высокоактивные химические агенты, готовые вступить в химическую реакцию с другими внутриклеточными химическими соединениями и нарушить этим нормальное функционирование клетки. Обычно у клетки существуют восстановительные механизмы, уменьшающие ущерб, причиненный свободными радикалами. Однако после серьезного повреждения организма, например, в результате воздействия радиации или тяжелых заболеваний, вред, наносимый свободными радикалами, достаточно серьезен.

Хорошо известно также, что при старении снижается эффективность работы иммунной системы, следствием чего оказывается худшая сопротивляемость болезням. Более того, при ряде болезней, например таких, как ревматоидный артрит или некоторые заболевания почек, иммунные клетки нападают на здоровые клетки собственного организма.

Стохастические теории не могут, однако, объяснить ряд положений. Например, они не отвечают на вопрос, почему внутренняя «ремонтная мастерская» организма, какое-то время прекрасно справлявшаяся с устранением неполадок в нем, вдруг перестает работать.

Механизмом, определяющим устойчивость и продолжительность существования живой системы, является витаукт. Разрабатывая проблему старения, известный отечественный ученый В.В. Фролъкис выдвинул ряд положений:

изучение механизмов старения возможно только с позиций системного подхода;

старение является обязательным звеном возрастного развития, во многом определяющим его течение; именно поэтому понимание сущности старения возможно в рамках теоретической гипотезы, объясняющей механизмы возрастного развития;

при старении наряду с угасанием активности функций жизнеобеспечения и обмена веществ мобилизуются важные приспособительные механизмы – механизмы витаукта;

старение – результат нарушения механизмов саморегуляции на разных уровнях жизнедеятельности организма.

Развитие этих положений привело к выдвижению адаптационно-регуляторной теории возрастного развития.

Теорию В.В. Фролькиса можно рассматривать как промежуточную между генетическими и стохастическими теориями старения. Базируясь на понятии саморегуляции, эта теория объясняет механизмы возрастных изменений как процесс адаптационных, приспособительных возможностей организма. Этот процесс направлен на стабилизацию жизнеспособности организма, повышение надежности его функционирования, увеличение долгосрочности его существования.

В соответствии с адаптационно-регуляторной теорией старение генетически не запрограммировано, но генетически детерминировано, предопределено особенностями биологической организации жизнедеятельности, свойствами организма. Иными словами, генетически запрограммированы многие свойства организма, и уже от них зависит темп старения, продолжительность жизни.

Витаукт, подчеркивает Фролькис, – это не просто восстановление повреждений, возникших в процессе старения, не просто антистарение. Скорее, во многом старение является антивитауктом, разрушающим, расшатывающим механизмы исходной жизнеспособности организма. Не только в историческом, но и в индивидуальном развитии, не только в филогенезе, но и в онтогенезе, на самых ранних этапах становления организма, начиная с зиготы, возникает разрушительный процесс – старение. Это неизбежное повреждение ДНК, распад белков, нарушение мембран, гибель части клеток, действие свободных радикалов, токсических веществ, кислородного голодания и др. И если на этом этапе благодаря механизмам саморегуляции надежен процесс витаукта, вся система развивается, совершенствуется, растут ее адаптационные возможности.

До какого-то времени деструктивные процессы в ряде клеточных структур благодаря механизмам витаукта еще не приводят к старению организма в целом. В конечном итоге в определенном возрасте (прекращение роста, завершение онтогенеза) начинает прогрессировать процесс старения организма в целом со всеми вытекающими из этого последствиями. Итак, продолжительность жизни определяется единством и противоположностью двух процессов — старения и витаукта. Как подчеркивает Фролькис, геронтология будущего будет все больше внимания уделять изучению механизмов витаукта.

Явление витаукта создает благоприятные условия для полноценного функционирования психики людей пожилого возраста. Как отмечают некоторые исследователи, так называемый возраст инволюции вовсе не характеризуется линейным нарастанием аномальных процессов в психике. По данным Н.К. Корсаковой, в возрастном диапазоне от 50 до 85 лет наиболее выраженные нарушения нейродинамики характерны для начального и старшего этапа старения, после 80 лет. В возрасте от 65 до 75 лет не только наблюдается стабилизация высших психических функций, но, по ряду параметров, в частности по функции памяти, лица этого возраста демонстрируют достижения на уровне еще не старого человека.

Н.К. Корсакова вообще подчеркивает значение позитивных тенденций в психическом функционировании пожилого человека. Учитывая разнообразие способов преодоления нарушений в работе высших психических функций при нормальном старении, можно сказать, что оно представляет собой этап индивидуального развития, требующий смены стратегий и использования относительно новых форм опосредствования психической деятельности. Если рассматривать онтогенез как проявление новообразований в психике и поведении, отсутствовавших на предшествовавших этапах развития, то о старости можно говорить как об одном из этапов онтогенеза. Эмпирические данные показывают, что в старости интеллект в большей степени направляется на саморегуляцию психической активности, чем на познание мира.

Это соответствует современному взгляду на старение не только в отрицательном аспекте — как на угасание, но и в позитивном смысле – как на возможность формирования у человека способов сохранения себя как индивида и личности в общем континууме собственного жизненного пространства.

Старость – один из самых парадоксальных и противоречивых периодов жизни, связанный с тем, что «последние вопросы бытия» (М.М. Бахтин) встают перед человеком во весь рост, требуя разрешения неразрешимого – совместить возможности старого человека в понимании мира и его жизненный опыт с физической немощью и невозможностью активно воплотить в жизнь все понимаемое.

Но в противовес пессимизму обыденных представлений о старости психологи говорят о таких своеобразных новообразованиях старческого возраста, как:

чувство принадлежности к группе или группам;

чувство, что «ты здесь дома» – личностный комфорт во взаимодействии с людьми;

чувство общности с другими людьми, переживание похожести на них;

вера в других – чувство, что в каждом человеке есть что-то хорошее;

мужество быть несовершенным – ощущение того, что ошибки делать естественно, что совсем не обязательно быть всегда и во всем «первым» и «правильным», «лучшим» и «непогрешимым»;

ощущение себя человеком – чувство, что ты часть человечества;

оптимизм – чувство, что мир можно сделать лучшим местом для жизни.

В то же время старение реально создает много психологических трудностей: ведь это годы «вынужденной праздности», часто проводимые в отрыве от работы с ощущением контраста «той» и «этой» жизни, который многими воспринимается как унизительный. Вынужденное безделье часто становится патогенным фактором в соматическом и психическом отношении, поэтому многие стараются остаться работоспособными, трудиться и приносить посильную пользу (хотя мнение, что все пенсионеры хотят продолжать трудиться, тоже неверное: статистика показывает, что это всего лишь одна треть всех людей пенсионного возраста).

Выделение периода старения и старости (геронтогенеза) связано с целым комплексом социально-экономических, биологических и психологических причин, поэтому период позднего онтогенеза изучается различными дисциплинами – биологией, нейрофизиологией, демографией, психологией и т.д. Общее постарение населения является современным демографическим феноменом: доля групп людей старше 60-65 лет составляет свыше 20% общей численности населения во многих странах мира (шестая или восьмая часть всей мировой популяции!).

Средняя продолжительность жизни современного человека значительно выше, чем у его предков, и это означает, что пожилой и старческий возраст превращается в самостоятельный и достаточно продолжительный период жизни со своими социальными и психологическими особенностями. Эти демографические тенденции приводят также к усилению роли пожилых и старых людей в общественной, политической, культурной жизни общества и требуют анализа сущностных характеристик развития человека в этом периоде жизни. Геронтолог И. Давыдовский говорил, что опыт и мудрость всегда были функцией времени. Они остаются привилегией взрослых и пожилых. Для геронтологии как науки не так важно «прибавить годы к жизни»; важнее «прибавить жизнь к годам».

Процесс старения неоднороден. Традиционно выделяют три градации периода геронтогенеза: пожилой возраст (для мужчин – 60-74 года, для женщин – 55-4 года), старческий возраст (75-90 лет) и долгожители (90 лет и старше). Но современные исследования показывают, что в последние десятилетия процесс старения замедляется (человек 55-60 лет может совершенно не ощущать себя старым и по социальным функциям может находиться в когорте взрослых – зрелых – людей), да и само старение внутри указанных фаз не является однородным (кто-то устает от жизни уже к 50 годам, а кто-то и в 70 может быть полным сил и жизненных планов). Как говорил Б. Спиноза, никто не знает, «к чему способно тело».

С физиологической и психологической точек зрения, старость менее жестко связана с хронологическим возрастом, чем любой более ранний период жизни (например, ранний, дошкольный или подростковый возраст) вплоть до 60-65 лет. Согласно наблюдениям Дж. Ботвиника и Л. Томпсона, если хронологический возраст – это фактор, на основе которого судят о том, кто стар, тогда все же люди пожилого возраста значительно более разнообразны по своим биологическим и поведенческим характеристикам, чем более молодые.

Сложность процесса старения выражается в усилении и специализации действия закона гетерохронии, в результате чего имеют место длительная сохранность и даже улучшение функционирования одних систем и ускоренная, происходящая разными темпами, инволюция других. Дольше всего сохраняются в организме те структуры (и функции), которые тесно связаны с осуществлением основного жизненного процесса в его наиболее общих проявлениях. Усиление противоречивости проявляется главным образом в разнонаправленности изменений, происходящих в отдельных функциональных системах индивидной организации. Хотя эволюционно-инволюционные процессы присущи всему онтогенезу в целом, именно в период старения разнонаправленность определяет специфику как психического, так и непсихического развития.

Источник: studizba.com


Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.