Фанфики про ревность парня к девушке


У Эзарэля было странное чувство, будто он спит не в лежачей или даже сидячей позе, а в какой-то до жути странной. Да и пошевелиться не получается. И все тело затекло. И волосы щекочут шею и лицо.

Алхимик приоткрыл глаза и тут же ошалело заморгал. Он в столовой. Судя по всему привязанный и остриженный. Да и вокруг уже собралась целая толпа зевак, готовая вот-вот разразиться диким хохотом. Стеди толпы были и Невра с Валькионом. Немного понаблюдав, они все же подошли и отвязали главу Абсента от колонны и, предотвращая массовые убийства, потащили его в сторону лаборатории.

— Ну я ей устрою. Кикимора. Да как она только посмела посягнуть на самое ценное?! Я ей этого с рук не спущу! — Шипел алхимик, меря шагами лабораторию. — Умная, нашлась. Кем она себя возомнила вообще?! Бестолочь человеческая! Криворучка!.. То проявляет симпатию, то игнорирует. Хоть бы уже определилась… — Эзарэль бессильно опустился на стул и сжал руками виски.

Мало того, что после его вчерашнего поведения он оказался привязанным к колонне. Она его постригла под каре. Да и все пряди волос выкрасила в разные цвета! А брови так вообще в зеленый! Она даже веки потрудилась зеленым накрасить! Немыслимо!


— Это была последняя капля, моя дорогая. — Замурлыкал эльф, копаясь в ящике стола…

 

Через пару часов.

 

Эзарэль чуть ли не вприпрыжку носился по лаборатории от предвкушения. Как он ее, а? Хорррош, брутально хорош! Как говорится: мсти той же монетой и не прогадаешь. И это правда. Полная и абсолютная правда. Уже сейчас молодой эльф как наяву видел, что на ванильное мороженое его души щедро сыпятся орешки и шоколадные крошки, и как всю эту прелесть покрывает медовый сироп…

 

Утро…лично ее утро началось довольно-таки мило. По кровати прыгала Опера и призывала свою хозяйку к ее непосредственным обязанностям. Стеф, наконец, соизволила выползти из-под одеяла и стала двигаться в сторону шкафа. Накормив и отправив Оперу на разведку, девушка, одеваясь, перекусывая бутером, записывая диалог из сна, собирая сумку и догадываясь, что чего-то не хватает, подошла к зеркалу.

— И каааак это понимать?.. Твою-мою японо мать!

На Стеф из зеркала смотрела молоденькая и очень симпатичная девушка в черно-зеленом костюме, с рюкзаком и блокнотом в руке…

… и абсолютно лысая.

Немного постояв в афиге, Стеф, наконец, отлипла от зеркала, и стала рыться в шкафу, в поисках другого прикида. Нацепив на себя те вещи, в которых она оказалась в Элдарии, девушка опять подошла к зеркалу.


Сделав себе черно-красный макияж, Стеф, наконец, вышла из своей комнаты.

Стеф тихонько зашла в лабораторию и постаралась не засмеяться. Эльф, стоящий к ней спиной, выглядел очень забавно: подергивающиеся от усталости конечность, разноцветные волосы, порезанная на спине одежда, о которой он или не догадывается или ему еще не сказали. Хотя возможно оба варианта. Стеф подкралась поближе и бросилась на него с визгом:

— Спасииииииибооооооо

Эзарэль же, спасаясь от этой полоумной, начал прыгать.

— Ты чего на мне повисла, озабоченная? Не для тебя храню я свое тело.

— Ревновать не надо было! — вспылила Стеф, кидая в него какой-то склянкой.

— Ага-ага, рассказывай! А сама так мило будешь со всеми флиртовать…

— Кретин!

— Каракатица!

— Амеба!

— Палочка холерная!

— Сам бацилла!

— Дура!

— Дебил!

— Стерва!

— Медовик!

— Курица!

— Рыбий хвост!

— Мензурка!

— Стафилококк!

— Бешеная!

— Безмозговый!

— Тупица!

— Эзарэльф!

Алхимик не ожидал ТАААКОГО оскорбления и посему чуть не подавился воздухом и заглох.

Девушка же мерила его победными взглядами и тоже молчала.

— Да кому ты, если не мне, нужен!

— Да кому ты, если не мне, нужна!

Воскликнули они одновременно, падая в объятья друг друга…

Несколькими часами позже Эз все-таки направился к полкам с зельями, но это уже совсем другая история.


Источник: aminga.ru

Признаюсь честно, прежде чем писать комментарий, около часа размышляла, что мне сказал текст и как относиться к концовке, поэтому я буду говорить о том, что для меня две части текста.
Первая часть прекрасна чуть больше, чем полностью. Очень люблю повествование в настоящем с параллельными флэшбеками. Меня уже этим подкупил текст, а уж какой рейтинг сладкий при этом вышел. Я влюбилась вот во флэшбековую гармонию. Насколько это горячо и возбуждающе, настолько же порочно и грязно. Идеально легло для меня в настроение. Больше скажу, по-другому посмотрела. И пусть я буду ужасным человеком, но вот такую гармонию я согласна шипить от начала и до конца. И я все ждала, ждала интригу, почему же они все в настоящем собрались. Ждала разоблачений, скандалов, истерик. Ждала, что виновата окажется для всех Гермиона, хотя Гарри во флэшбекам прям змей-искуситель. И мне нестыдно сказать, что возбудилась, потому что не представляю, как не завестись. А когда звучит "я видел вас", становится прекрасно, потому что дождалась, казалось бы. Казалось бы, все ожидаемо и нет никакой интриги, сейчас все закончится, а потом обухом по голове бьет вторая часть.
Вот вторая часть делает мне очень странно, хоть и любопытно. Когда дочитала, я пошла в комментарии, может, там мне сказали, что же это, если не ревность. Спустя полчаса еще раз перечитала, заметила Джинни, додумала, что же это могло быть.
зможно, в силу собственного восприятия порочности повествования додумала неправильно, но это было бы тоже интересно.
И нет, я не могу сказать, что это плохо, конкретно мне просто непонятно, однозначной картинки концовки не сложилось, поэтому смазалось впечатление. Однако это не отменяет того, что текст прекрасный, просто для меня он делится на две части.
Но что мне нравится, независимо от исхода, это мерзенькая ситуация, скользкая с привкусом полыни на губах, но при этом жизненная. В такой исход я охотно верю, а не в приторность эпилога. И это охренеть как в духе седьмой книги и ревности Рона. И да, ревности Джинни, потому что не верю, что ее не было, осталась за кадром.
Спасибо за эту маленькую, но наполненную множеством смыслов историю. Она заставляет думать и анализировать, а лично меня текст еще и вдохновляет, за что лично мое персональное спасибо. Рада, что ты ее написала, а я прочитала.
Оценка жюри: 9

Источник: hogsland.com

— Я? Смеёшься? Бредятина полная! – Сана слегка занервничала, но виду не подала.
— Мы подруги уже много лет, кого ты разводишь? Даже не пытайся, Сана, я все прекрасно вижу, – сделала вывод Вэнди и недовольно покачала головой.
— Неужели всё на столько очевидно? Я думала, что хорошо скрываюсь, – усмехнувшись произнесла Чхве и перевела взгляд на нелюбимую ею парочку.


Он воспринимает меня как подругу, а не как девушку. Он всегда обращает внимание на таких, как Юна, а я, так: «Купите дорогую вещь и получите ещё одну в подарок». Скоро он про меня забудет, вот увидишь.
— Ты самая глупая девушка, которую я знаю. Хотя, ты боевая и в обиду себя никогда не даешь, но сейчас… ты ведёшь себя как ребёнок, Сана.
— А что мне ещё делать? Говорю же, он не обращает на меня внимания, только задирать любит, пудель, блин, – буркнула девушка и расстроившись, отвернулась.

      Вэнди заметила подавленное состояние подруги, поэтому решила взять всю инициативу в свои руки. Она оценила внешние данные Саны, представила, как та будет в платье, какую красивую стрижку сделают ей в салоне, плюс каблуки. Вэнди сделает из своей подружки самую настоящую красавицу.

— Если не хочешь сама признаваться ему, тогда… найди себе парня и заставь его ревновать!

***

      Будучи дома, Сана разместилась на своём любимом диванчике, включила телевизор и достала из рюкзака шоколадные батончики, которые купила в магазинчике по дороге. 

— Отец с матерью ещё не вернулись? – спросил Исин, устраиваясь рядом на диване.
— Я звонила папе, он сказал, что у них сегодня какой-то симпозиум, – смотря на брата, ответила Сана. — Чего спрашиваешь? Натворил уже чего-нибудь?
— Да так, ничего, – махнул рукой он и прилег, укладывая голову на колени сестры. — Хотя, у меня будет просьба.
— Выкладывай.
— На выходных у нас с ребятами выступление, но родители против, сама ведь знаешь, – Сана кивнула. — Ну вот, с отцом я договорился, а мама как обычно — против. Поговоришь с ней?


      В этот момент в голове у девушки возник гениальный план, который нормальный человек никогда бы не придумал.

— Поговорю, но за одну услугу, – сладким голосом произнесла Сана и погладила брата по голове.
— Лучше бы я не просил тебя, – тяжело вздохнул Исин. — Что ты хочешь?
— Стань моим парнем на день, делов-то!

      Парень вскочил и дотронулся до лба сестры.

— У тебя видимо жар, нужно вызывать скорую, – взволнованно сказал он и хотел достать телефон, но Сана опередила его.
— Мне нравится один парень, мне нужно сделать так, чтобы он начал ревновать меня, помоги, пожалуйста! Я тебя редко о чём-либо прошу.
— Девушки, вы такие странные, – засмеялся Исин и приобнял сестру. — Но только один день, понятно? Родителям не слово.
— Спасибо, оппа! – Сана чмокнула брата в щеку и на радостях, когда начала убегать наверх, споткнулась и чуть не упала на лестнице. — Со мной всё в порядке, оппа!
— Во что я только что ввязался? – сам себе задал вопрос Исин. — Дурдом какой-то.

      Когда Сана поднялась к себе, она быстро набрала номер подруги.

— Готовься, на выходных я заставлю этого пуделя ревновать меня!
— Что? Ты нашла парня за два дня? Как?
— Секрет! 

      Поболтав с подругой ещё пару минут, Чхве положила трубку и с довольным лицом посмотрела в своё отражение в зеркале, восхищаясь им.


— Красавица, – прошептала девушка.

***

— Вэнди, а что если твой план не сработает, и я ему вообще не понравлюсь? – Сана переживала ещё больше, чем пару дней назад, когда только затеяла это всё.
— Не переживай и доверься мне. Ты ведь нашла себе парня?
— Не она нашла меня, а я сам нашёл её, – из-за спины девушки показался высокий молодой человек с гитарой в руках. — Ты сегодня очень красивая, – обращаясь к Сане, произнёс Исин, причём не преувеличивая, ведь его сестрёнка и правда выглядела сногсшибательно.

Источник: vk.com

— Привет, Валентино! — Ненавижу этот голос! Димон, тварь, всё успокоиться не может, что не его выбрал. — Чем занимаешься?

— Чего хотел? — Церемониться с ним не собираюсь, достал уже своими подкатами. Знает же, сволочь, что я несвободен, но всё равно прёт.

— Фу, как грубо! — Вот же дрянь манерная. — Это на тебя твой благоверный так плохо влияет. А кстати, благоверный ли? — И в голосе столько яда, что у меня от нехороших предчувствий яйца поджались. Сейчас точно гадость скажет! — Я тут в клубе зависаю со своим мальчиком… М-м-м, какой у меня мальчик… Но ты всё равно лучше! Так, о чём это я? Ах да, у бара я сижу, в общем. И тут напротив меня сидит двойник твоего Ивана. Ты спроси, у него брата близнеца нет? Похож, просто жуть.

Ах ты ж сволочь! По больному решил ударить, дрянь! Знает же — а кто из знакомых не знает?! — что у нас с Ванькой в последнее время чёрт-те что творится. А этот всё никак не уймётся.


— И знаешь, я его всю неделю тут наблюдаю, — почти мурлычет, вкрадчиво так. — А может, это и не близнец вовсе, а, Валентино?

— Димон, я вот не пойму, тебя-то каким местом это касается? — рычу в трубку, прижимая её ухом к плечу, а сам судорожно роюсь в шкафу в поисках подходящего прикида.

— Да мне-то что? — Прямо вижу, как он руки вверх поднимает. — Я исключительно за вас переживаю.

Ну да, переживает он, как же!

Нажимаю отбой, тут же набираю номер такси, заказываю машину и торопливо одеваюсь. Мог бы, конечно, и на своей тачке поехать, но чёрта с два! Раз Ванька в баре, значит, уже пьяный — не минералку же он там цедит! А раз он пьяный, то и меня никто за руку не держит. Давно известно: трезвый пьяного не разумеет. Вот сейчас я напьюсь и наконец-то заставлю этого гада поговорить со мной. А то только и слышу в последнее время «Не сейчас», «Позже», «У меня на работе завал». Сегодня у него, кстати, встреча с партнёрами должна была быть, с его слов. Что же там у тебя за партнёры, Вано, что ты в гей-клуб их потащил? Или не партнёры, а партнёр? Разнообразия захотелось? Так я устрою, меня даже просить не надо!

Пока за мной такси приехало, я себя так накрутил, что, кажется, тронь — и всё вокруг заискрится. Водила, видимо, по виду моему понял, что я не собеседник, не лез с разговорами, только робко так спросил, можно музыку включить, не помешает? Я рукой махнул, валяй, мол, а сам в окно уставился. Он меня до клуба довёз, деньги дрожащей рукой взял, и машина с визгом сорвалась с места. Мне показалось, что парень за рулём перекрестился. А может и не показалось…


Секьюрити на входе меня даже не пытались притормозить. Во-первых, прекрасно в лицо знают, а во-вторых, я сейчас на берсерка похож, знаю, вот и не захотели со мной связываться.

В зал захожу и сразу начинаю сканировать публику у бара. Димон меня приметил, вроде как улыбнуться собрался и руку поднимать стал, чтобы помахать, но резко затух, схватил стоявшего рядом с ним парнишку под локоть и быстро слинял. Правильно, а он что, думал, я перед ним сейчас в благодарностях рассыпаться буду?!

А вот и моя радость. Сидит ко мне спиной и ничего вокруг не замечает. Напротив него какой-то хмырь. И главное — оба в костюмах, при галстуках. В ночном клубе. Для геев.

Ванька хмырю в плечо вцепился, лбом ему в лоб упёрся и втирает что-то, а тот сидит, улыбается, кивать, видимо, пытается, но Ванькин лоб мешает. Ну да, он у меня твердолобый, хрен с места сдвинешь.

Подхожу к бару, устраиваюсь у стойки за спиной милого, заказываю себе двойной виски, потом передумываю и прошу водки — надо по-быстрому набрать нужный градус. Для конструктивного диалога. Бармен меня тоже хорошо знает, как и Ваньку. Испуганно переводит взгляд с меня на него и обратно. Я прижимаю палец к губам и улыбаюсь. Парнишку передёргивает, но он согласно кивает. Замечательно, всё идёт по плану, которого у меня нет. Жахаю водку, и тут же прошу повторить. Парень дрожащими руками — да что они все сегодня трясутся-то?! — ставит передо мной стопку и подвигает ко мне тарелку с маленькими солёными огурчиками. Мои любимые. Как же они называются? Не важно!


Хрущу огурцами и прислушиваюсь, что мой конь этому хмырю втирает.

— Владирыч, ты такой… такой… — И рукой вокруг себя обводит. Ага, от переизбытка чувств слова закончились. Интересно, а когда они трахаются, он к нему тоже по отчеству обращается? Так не отвлекайся, Валёк! — Ты — человек! Нет, ты чево… чеще… чилвещеще! — И кулаком над головой трясёт, то ли врезать кому хочет, то ли мух ловит.

Показываю бармену два пальца, вижу, что понял меня прекрасно, но не торопится. Опять улыбаюсь ему. Он дёргается, но стопки передо мной ставит. Я их опрокидываю в себя одну за другой, а у парнишки нервный тик начинается. Или это он подмигивает кому-то?

Водка растекается по организму вместе с кровью, и я чувствую, что готов. К разговору.

Достаю телефон и набираю Ванькин номер.

О, засуетился, стал по карманам себя хлопать. Я наклоняюсь, достаю из кармана его пиджака телефон и протягиваю ему. Он, не удивляясь, берёт его и прижимает к уху. Вот сволочь, даже не посмотрел, кто ему телефон подал!

Стена напротив нас зеркальная, и мне прекрасно видно эту рожу. Наблюдаю, как он пытается собраться, только получается слабо.

— Привет, родной, — воркую в трубку. — Чем занимаешься? Как встреча прошла?

— Валечка! — Убью! — Я так соскучился! — Ага, вижу! — А я дома, в постельке лежу, заснуть пытаюсь. — А музон, который ты переорать стараешься, видимо, колыбельная! — А ты как? — Ну всё, ты сам напросился!

— А я, — начинаю вкрадчиво, — за твоей спиной сижу! — И уже рявкаю со всей злостью, что во мне накопилась: — Смотрю, сука, как ты ворочаешься и не можешь уснуть!

Ванька медленно-медленно поворачивается и застывает, глядя мне в глаза. Ой, икать начал, бедненький. Подзываю бармена и прошу принести стакан воды.

— С лимоном? — блеет парнишка.

— Давай с лимоном, — согласно киваю.

Он приносит заказанное, и я выливаю воду Ваньке на голову. Вот не зря на лимон согласился — он его поймал и так эротично в рот себе запихал, жуёт сидит, глаза по шесть копеек, с волос вода капает и телефон к уху прижимает. Я свой, кстати, тоже.

— Ну что, радость моя, поговорим? — спрашиваю в трубку и смотрю Ваньке в глаза.

— Ты всё не так понял, — бормочет в ответ.

Заглядываю ему за спину, вижу офонаревшего мужика, впавшего в ступор, опять смотрю на Ваньку.

— Да? А я вообще нихрена не понимаю, что происходит. И мне никто не торопится объяснять! — Всё так же ведём телефонные переговоры. — Поговорим?

— Ну не здесь же! — Знает, гад, чем такие разговоры заканчиваются!

Отключаю сначала свой телефон, потом забираю трубку у него и тоже отключаю, киваю головой на выход. На полпути вспомнил, что не расплатился, пришлось вернуться.

— За этого, — глазами показываю на стоящего в стороне Вано, — сколько?

— Я заплачу, — вклинивается хмырь.

— Я за своё всегда плачу сам! — Получи, фашист, гранату! Хрен тебе, а не мой Ванька!

На улице этот лось ко мне обниматься полез.

— Я так соскучился, так соскучился. — Обнимает меня, носом мне в макушку уткнулся, пыхтит. Надеюсь, соплей мне туда не напускает.

— А виноват кто? — спрашиваю, а сам думаю, как это чучело домой тащить — один не справлюсь.

— Ты! — Нихрена себе заявки! — Ты такой холо-одный, не обнимешь, не поцелуешь…

— И ты нашёл себе потеплее. — Не спрашиваю — обвиняю. Пытаюсь оттолкнуть его от себя, да где там!

— Кого? — Ванька сам делает от меня шаг назад.

— Того! — И головой мотаю в сторону дверей клуба, намекая на оставленного там хмыря.

— Не-е, — тянет и тычет меня пальцем в грудь. Вернее, пытается, но промахивается и попадает в губы.

Отбиваю его руку и отплёвываюсь — хрен его знает, где этот палец час назад был.

— Во-от, — обвиняет меня сволочь, — всегда ты так! Я к тебе со всей душой, а ты… — И морда такая обиженная.

А я что? А я вздыхаю, тащу это пьяное обиженное тело к парковке, заталкиваю в свободное такси и везу домой. Разговора не получилось. И даже водка не помогла.

Дома в спальню Ваньку не пустил, уложил на диване. Попытался его раздеть, но стащить получилось только брюки и трусы. Носки трогать не стал, чтобы не замёрз. А сам пошёл думать над его словами.

Утром, глядя на голожопого Вано, свернувшегося калачиком, немного поумилялся. Потом вспомнил, что он меня вчера чуть ли не жабой обзывал… Ну хорошо, не жабой, но всё равно!

Попинал этого спящего красавца, заодно задницу его полапал, а то забыл уже, как она на ощупь. Увлёкся и чуть не забыл, что хотел серьёзно поговорить с этим птеродактелем. А он просыпаться не торопится, мычит чего-то, губами причмокивает.

Что он там вчера говорил? Не целую? Наклоняюсь к нему, Ванька как раз выдохнул, и понимаю, что ни о каких поцелуях речи быть не может, пока он зубы не почистит. Мне, кстати, тоже не помешает.

В душ иду первый, привожу себя в порядок, любуюсь в зеркало — хорош, зараза, сам бы в такого влюбился. Бужу пьянь и пинками загоняю под отрезвляющие струи воды. Сам иду на кухню и проверяю стратегические запасы минералки.

Идея возникает внезапно, впрочем, у меня всегда так.

Ванька выходит из ванной тихий и испуганный — чувствует, что я в гневе! Молча протягиваю ему стакан с холодной минералочкой, он осушает его в три глотка и протягивает обратно — просит ещё. Да ради бога! Что мне, для любимого воды жалко, что ли?

— Лучше? — спрашиваю нетерпеливо.

— Лучше. — И смотрит на меня непонимающе.

— Пойдём!

— Куда?

— В спальню!

— Зачем?

— Буду доказывать, что я не холодный!

— Я тебе и так верю. — А сам пятится к двери.

Приподнимаю бровь вверх и демонстративно смотрю на обмотанное вокруг бёдер полотенце. Ванька опускает глаза, понимает, что в таком виде он дальше подъезда никуда не денется, громко сглатывает и смотрит на меня испуганно. Правильно, бойся меня!

Подхожу к нему и начинаю толкать в сторону спальни. С пробуксовками — в комплекции я ему уступаю, — но кровати достигаем. Ванька от испуга почти не сопротивляется и позволяет повалить себя на постель. Усаживаюсь ему на бёдра, устраиваюсь поудобнее и наслаждаюсь растерянным видом.

Два года этот гад упорно отказывал мне хоть разочек побыть сверху, переживая за свою задницу. Сегодня не отвертится! И он понимает всё без слов. Покорно раздвигает ноги, я усаживаюсь между них, он кивает мне и отворачивает морду в сторону. Думает, мне будет стыдно? Да щаз!

Ванька ни разу не возбуждён, но когда это трудности меня останавливали?! Быстро стягиваю с себя шорты, Ванька поворачивается, смотрит на меня и начинает улыбаться. Ну да, не надевал я трусы, чтобы не мешали в решающий момент.

Шлёпаю по тянущимся ко мне рукам, Ванька пыхтит обиженно и опять отворачивается. Ну и ладно, мне так даже лучше — ничего не отвлекает.

Укладываюсь между его ног, одной рукой глажу бедро, второй обхватываю член. Языком касаюсь головки, лижу её, обхватываю губами и начинаю посасывать. В минете я — бог! Даже у мёртвого встанет, если я захочу, чего уж о Ваньке говорить, он у меня живее всех живых. Чувствую отклик и начинаю активнее работать ртом, переместив руку сначала на яйца, а потом коварно перебравшись к заветной цели.

Ванька напрягся, но не сопротивляется. А я пытаюсь не облажаться — когда ещё такая возможность выпадет! Действую максимально осторожно, массирую сжавшуюся дырочку, осторожно просовывая палец внутрь. Вано шипит, но честно пытается расслабиться. На мгновение мелькает мстительная мыслишка, что теперь и он побывает в моей шкуре, пока я буду в его заднице, но быстро пропадает.

Я уже сам готов скулить от возбуждения, но торопиться никак нельзя.

Когда Ванька достаточно растянут, перехожу к главному. Осторожно, едва ли не по миллиметру, толкаюсь в него, сам чуть не плача. Ванька тяжело дышит, на меня не смотрит, зажмурился, но хорошо, что не зажимается. Представляю, как ему сейчас трудно, и такое тепло в груди растекается…

Вошёл до конца и остановился, нам обоим надо привыкнуть. Тянусь к Ванькиным губам, легонько прикусываю нижнюю. Вано обнимает меня за шею и перехватывает поцелуй. Актив — он и в Африке актив! Я отвечаю и начинаю двигаться, очень-очень медленно, чтобы максимально уменьшить неприятные для него ощущения. Первые движения — неловкие, я то чуть приподнимаюсь, то опускаюсь, и, наконец, вот оно! Ванька распахивает глаза и задерживает дыхание, а я улыбаюсь ему в губы и начинаю двигаться смелее. Тесно, горячо, крышесносно… Долго не выдерживаю, кончаю с громким выдохом и падаю Ваньке на грудь.

— А я? — слышу обиженное над головой.

Пытаюсь приподняться, но руки не слушаются. Ванька вместе со мной перекатывается набок и запускает руку между нами. Обхватывает член и начинает дрочить.

Присоединяюсь к нему, помогая своей рукой. Несколько движений вверх вниз, и мы оба в белесых подтёках. Собираю пальцем сперму с Ванькиного живота и слизываю её. Вано, не отрываясь, наблюдает за моими действиями, и когда вытаскиваю палец изо рта, впивается мне в губы. Кажется, у меня получилось. Ай да Валька, ай да сукин сын!

— Какая муха тебя укусила? — Ванька лежит со мной рядом расслабленный, и, кажется, убивать меня не собирается.

— Что за хмырь был с тобой в клубе? — Знаю, отвечать вопросом на вопрос неприлично, но мне плевать.

— Наш новый шеф, — отвечает с улыбкой. — В головном офисе решили нам начальство поменять, поэтому я и задроченный такой был.

— Да что же это такое! — возмущаюсь. — Геев развелось, нельзя своего парня ни на минутку без присмотра оставить!

Этот конь ржёт, из глаз слёзы бегут, а у меня, глядя на него, в голове планы на ближайшее будущее строятся. Пункт первый: надо заставить Ваньку работу менять, а то знаем мы это начальство! И пункт второй…

— Ревнуешь? — не даёт он мне додумать.

Я задумываюсь, прислушиваясь к себе. Сейчас точно нет, но ведь было! Усмехаюсь незаметно — немного ревности иногда бывает полезно. Если бы не она, я ещё долго бы уговаривал Ваньку поменяться местами. Но ему об этом знать не обязательно.

Кстати, что там со вторым пунктом моего плана? Ах да! Надо будет подарить Димке самый дорогой вискарь — пусть захлебнётся от зависти!

Источник: origs.net

Тишину квартиры нарушали лишь нервные, быстрые и громкие шаги хозяина, мечущегося по комнате и не знающего, что ему делать. Саске в очередной раз тяжело вздохнул и подошел к окну. Раздвинув шторы, юноша начал всматриваться в темную улицу ночного города.

Не увидев там желаемого объекта, брюнет раздосадовано застонал, сильно ударив кулаком о стену. На светлой коже тут же проступили ярко-янтарные капельки крови. Спускаясь все ниже, багровая жидкость достигла пасти красно-рыжего льва — любимой татуировки Саске на тыльной стороне руки. Не обращая внимания на саднящую рану, Учиха зачарованно наблюдал за этой небольшой картиной, всматриваясь в четко выведенные линии могучего животного, наблюдая, как красная капля прошлась по контуру татуировки, делая льва еще более устрашающим.

От наблюдения парня отвлек писк мобильника. Учиха тут же метнулся к нему, сразу открывая входящие сообщения.

«Учиха, приходи в клуб. Твоя девушка здесь и не совсем трезвая. И поторопись: вокруг нее уже вьются нетрезвые особи мужского пола».

Саске, заблокировав мобильный, молниеносно подбежал к входной двери, хватая черную куртку и на ходу надевая ее.

Парень выбежал на улицу, завел свой байк и помчался с большой скоростью по городу.

«Харуно, мать твою, какого черта ты ушла утром? — думал про себя брюнет, сжимая сильнее руль железной машины. — Подумаешь, немного поссорились, но это же не повод идти в клуб и напиваться… Так, стоп. Сакура ведь у меня никогда раньше не пила, она ведь еще такая глупенькая. Хр*н знает, вдруг ее с одной бутылки унесет, а вокруг куча бухих мужиков шастает? Бр-р, Саске, спокойно, все хорошо, ты не допустишь такого».

Спустя десять минут Учиха был уже у нужного здания. Припарковав черный красивый байк, Саске быстрым шагом направился в клуб.

Обычная атмосфера типичного заведения: толпа веселого народа, оглушающая музыка, яркий свет прожекторов, от которых рябит в глазах, легкая дымка. Брюнет вспомнил, что Сакура не любит подобных заведений, но зачем же она сегодня сюда пришла? Видимо, сильно обиделась на Учиху.

Просканировав все помещение, Саске быстро нашел нужную цель и уверенными шагами направился к ней. Не пройдя и пару метров, кулаки молодого человека непроизвольно сжались, увидев любимую за барной стойкой в компании другого. «Другой, другой, — крутилось у парня в голове. — Да никогда! Только я! Любого покалечу, кто позарится на мое сокровище».

Подойдя еще ближе к парочке, сердце Саске сжалось еще сильней, поняв, что Сакура вовсе не против общества смазливого паренька, а даже наоборот — розоволосая улыбалась и смеялась над всеми глупыми шутками ее нового знакомого.

«Да ведь за километр видно, что это пикапер недоделанный! — гневно восклицал внутренний голос Учихи. — Харуно, чем ты думаешь только, мелкая стерва? Но моя стерва».

С такими мыслями Саске наконец приблизился к мило воркующей паре. Сначала убедился в целостности своей девушки, а затем гневно посмотрел на парня.

— Слышь, отстань от моей девушки, импотент несчастный, — злобно прорычал брюнет, потирая кулаки.
— Эй, чувак, она моя, — заплетающимся языком вымолвил молодой человек, подкатывающий к Сакуре.

Саске сразу понял, что слова здесь будут бесполезны, поэтому он решил приступить к действиям. Учиха занес кулак и сильно ударил соперника в живот, что тот с жалким хрипом согнулся пополам.

Брюнет, не теряя времени, схватил опешившую девушку за руку и повел к выходу.

— Эй-эй, Уч-чишка… Утих… тьфу, Учиха! — еле как выговорила пьяная розоволосая, как только они вышли на улицу. — Ты че творишь, а?

Ответа девушка не получила, лишь почувствовала затуманенным разумом, как крепче сжалась большая теплая ладонь на ее запястье. Девушка посмотрела на руку и охнула.
— Сасучка, у тебя там кровь! — взволнованно, насколько позволяло состояние, проговорила Харуно, еле поспевая за молодым парнем.

— Садись, — холодным властным тоном произнес Учиха, в очередной раз не ответив девушке.

Сакура покорно разместилась на мотоцикле, как можно крепче обхватывая мощную спину этого гада, как думала о нем розоволосая, но все же любимого гада. Да-да, она давно простила Учиху и не злилась на него, а просто решила немного позлить, придя сегодня в клуб. Вот только с алкоголем она немного переборщила.

Наконец добравшись до квартиры, в которой они жили вместе уже третью неделю, Саске завел шатающуюся даму в дом и закрыл дверь. Раздевшись и сняв верхнюю одежду с розоволосой, парень повел ее в спальню.

— О, кроватка, — радостно прошептала Сакура, направляясь к своей цели. — Мне как раз так спать захотелось.
— Стоять, — протянул Учиха, хватая любимую за рукав. — Что это только что в клубе было?
— Ой, ну отстань, дурацкий Уч-чиха, я спать хочу! — недовольно воскликнула Харуно, икнув, на что брюнет обреченно закатил глаза.
— Ладно. — Парень притянул девушку к себе так, что та от неожиданности уткнулась носом в крепкую грудь молодого человека. — Но чтобы от тебя я больше заигрываний в чью-то сторону, кроме моей, не видел! Поняла? — громко бубнил брюнет.

— Ладно-ладно. — Засмеялась девушка в свитер брюнета, что тому стала щекотно. — Только не ворчи, стры-ы… ста-арый дед, вот.
— Боже, алкашка ты моя, — усмехнулся парень, поглаживая длинные волосы девушки. — Кстати, тебя ведь еще наказание ждет. — Саске посмотрел на девушку, отодвигая от себя. Но не тут-то было: упомянутая уже мирно посапывала на груди парня.

— Горе-луковое… — прошептал Учиха, беря Харуно и неся на кровать.
— Я не люблю… — сквозь сон промычала девушка, но Саске расслышал и тут же напрягся.
— Что не любишь? — настороженно спросил он, присаживаясь рядом с лежащей Сакурой.
— Не люблю… — вновь прошептала розоволосая. — Лук не люблю!

Брюнет облегченно вздохнул и усмехнулся. Погладив юную особу по голове и поцеловав в висок, он прошептал на ушко:
— А наказание все равно будет.

Учиха встал с кровати и с загадочной ухмылкой направился из комнаты.

Минут через десять он вернулся назад, держа в руках что-то черное. Присев на колени перед кроватью, на которой дремала Сакура, Учиха начал снимать с девушки вязаную кофту, девушка что-то заворчала.

— Отвали, наглый тип, — пробурчала Харуно, отпихивая настойчивые руки Саске, но куда уж было пьяной хрупкой девушке тягаться с сильным парнем. Тем временем брюнет уже полностью стянул свитер с любимой и перевернул на живот.

— Да че те надо? Убер-ри свои огрызки, извращенец! Помогите, насилуют! — заверещала Сакура, не открывая глаз и явно не понимая происходящего.
— Да успокойся ты, это я! — громко произнес Учиха. — Лежи и не дергайся.
— А, это ты, Сусличка. — Вмиг успокоилась Харуно, снова погружаясь в сон. — Любимый… — в подушку прошептала она, сладко улыбнувшись.

У Саске потеплело на душе от ее слов. Он нежно погладил спину девушки, убрал длинные мягкие волосы с шеи и поцеловал нежную кожу.
— Мр-р, — мурлыкнула словно кошка Харуно.

Сквозь дрему Сакура уловила шуршание где-то сбоку, а через какое-то время послышалась вибрация, словно кто-то включил электрическую бритву.

— Сас, сходи к соседям и убей их, — недовольно пробурчала Сакура, затыкая уши. — Нечего ремонт по ночам делать!
— Успокойся и лежи не двигаясь, — громко произнес брюнет. Затем он присел на корточки, взял в руки тот самый черный прибор, от которого исходил этот звук и поднес к плечу розоволосой, аккуратно прикоснувшись к нежной коже.

— Ай! — вскрикнула девушка, задергавшись. Учиха тут же убрал прибор. — Горячо! Что это такое?
— Я решил сделать тебе подарок, — улыбнулся брюнет. — О котором ты так долго меня просила.

На этих словах девушка тут же проснулась и взглянула немного туманным взором на своего парня.
— А? Ты сделаешь мне ее? — удивленно произнесла она, Саске кивнул. Глаза Харуно вмиг засветились, девушка встрепенулась. — Сделаешь? Сделаешь мне татуировку? Настоящую?
— Да-да, — закивал парень, укладывая любимую обратно на живот, а затем строго произнес: — Лежи и не смей двигаться. Будет больно. Терпи, я знаю, что ты сильная.

Харуно кивнула и уткнулась в подушку, ожидая, когда Саске приступит. Боже, как она долго ждала этого! Девушка так хотела сделать эту татуировку у себя на плече, но Учиха запрещал ей, говорил, что она потом может пожалеть. Кстати, вот так они и познакомились: Сакура пришла в салон, чтобы сделать себе тату, там как раз работал Учиха. Он напрочь отказался делать ей это, говоря, что она молодая еще, глупая. Так у них все и закрутилось. Ну а теперь Саске все же решил сам сделать любимой эту черную картинку на коже. Хотя, это немного не то, о чем просила Сакура. Учиха рисовал не лисичку, о которой мечтала розоволосая, а нечто другое…

Минут двадцать Саске кропотал над плечом любимой, с особой аккуратностью выводя черные линии. Рука мастера ни разу не дрогнула, стараясь причинять девушке как можно меньше боли. И вот, адская боль закончилась, противная вибрация затихла. Учиха аккуратно обработал идеально сделанную татуировку девушки и убрал тату-машинку.

— Ну как? — спросила девушка, когда боль утихла.
— Идеально. — Улыбнулся счастливой улыбкой парень. Той улыбкой, которая появляется у мастера, который очень удачно закончил очередную свою работу.
— А можно посмотреть? — хитро протянула девушка, все еще лежа на животе.
— Нет, — твердо сказал парень, снимая футболку. — Завтра посмотришь, а теперь спать!

Учиха залез в кровать, поцеловал в щечку любимую, крепко обнял за талию и погрузился в мир снов.

Сакура проснулась часов в двенадцать. Она поднялась с кровати, потирая заспанные глаза. Голова слегка кружилась, а плечо покалывало. Вспомнив о нем, Харуно, шатаясь, зашагала к зеркалу. Розоволосая долго пыталась понять, что там изображено. Не так-то легко рассмотреть, что нарисовано у тебя на плече. Спустя минуту стараний до юной особы дошло, что это не картинка, а надпись. Осталось только прочитать. Минут через пять ей все же это удалось. Глаза тут же расширились от удивления и негодования. Девушка побежала на кухню в поисках этого гада, урода, придурка, как успела назвать брюнета Сакура. А на левом плече у нее блестела аккуратно выведенная надпись красивым шрифтом:

«Собственность Учиха Саске»

— Учиха!!! — закричала Сакура, накидываясь на парня, который как раз готовил кофе. — Это что еще за хр*нь на моей спине? Что ты там написал, недоумок ты несчастный?

— Почему это несчастный? — усмехнулся парень, подходя вплотную к брыкающейся девушке. — Очень даже счастливый, — улыбнулся он. — И тут написано, что ты моя собственность. — Пожал плечами Саске, дуя на новую татуировку. — По-моему, очень даже миленько.

— Я видела, что там написано! — рявкнула розоволосая, стуча по груди парня маленькими кулачками. — И как ты мне прикажешь на людях появляться? Что обо мне подумают? Собственник ты хр*нов.

— Ну, тише-тише, малышка, — прошептал Учиха чарующим притягательным голосом. — Да, я собственник. Прими меня таким, какой я есть. Благодаря этой татуировке теперь я буду меньше за тебя волноваться, когда ты будешь оставаться одна. Ни один парень не пристанет к тебе и ни один не ответит на твое наглое неумелое охмурение.

— Что? — возмутилась молодая девушка. — Это кто из нас тут охмуряет? Я не делала подобного!

— Ну-ну, видел я похотливый взгляд того парня. И все, закрыли тему, — твердо сказал Учиха, заключая любимую в теплых объятиях.

— Я еще отомщу, — пробубнила обиженно розоволосая, надув свои пухлые губки, от одного взгляда на которые у Учихи захватывало дух.

— Ну а теперь пора на практике доказать тебе, что ты моя, — хитро и в предвкушении протянул брюнет, затягивая Сакуру в головокружительный поцелуй.

Источник: fan-naruto.ru


Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.