Стыд это в психологии


Стыд это в психологии


.

На терапии мы проводим диагностику клиента: способен ли он испытывать те или иные чувства (злость, стыд, вину). Механизмы у всех разные. У многих существует токсическая вина или стыд. У кого-то мы не наблюдаем страха там, где он, казалось, должен быть.

О природе чувств

Как возникают чувства? Любые чувства имеют регуляторное значение.

Иногда клиент не может что-то сказать, терпит, так как привык, что его чувства не принимаются его окружением.

О природе чувства стыда

Стыд -ощущение того, что я должен быть каким-то другим =>не могу себе позволить выразить себя настоящего => не вхожу в контакт => не существую. (Так как существование определяется моментом взаимодействия).

Сигнальное значение стыда -вы вышли за пределы своих границ сделали что-то, не соответствующее вашему представлению о себе. Стыд -ориентир в нашем внутреннем мире.


Стыд можно испытывать так же, когда мы просто пробуем что-то новое, что раньше не делали в своей жизни.  Например, девушка, которая раньше прятала свою красоту, решила стать более заметной, надев привлекательный и соблазнительный наряд. Выходя к людям, она может испытывать стыд.

Токсический стыд и синдром самозванца

Токсический стыд возникает часто у детей, воспитанных оценивающими и обесценивающими родителями. Ты появился на свет и уже не соответствуешь их ожиданиям. «Почему не пять баллов? Почему не первое место?» Притом это может быть в любой семье. Например, красавица может стыдиться своей внешности, если в семье было принято быть маленькой и полненькой, как мама. Отсюда и синдром самозванца— отсутствие принятия в детстве. Человек не верит в свои успехи и думает, что его сейчас разоблачат.

Токсический стыд испытывает человек, которому не было места в семье таким, какой он есть. У родителей интровертов рождается шумный, активный ребенок. Или наоборот- у активных родителей рождается спокойный или меланхоличный сын.  Возникает нестыковка с родительскими ожиданиями и ожидания оказывают давление, все это приводит к стыду. То, что не поддерживается родителями, убирается из контакта.

Работа с токсическим стыдом занимает годы. Но очень важно, чтобы клиент нравился терапевту, был принят, необходимо доверие и принятие. Стыд в терапии уходит через знакомство с собой.

Телесные симптомы стыда


Стыд это в психологииУ ребенка возникают чувства, но форму его реакции родители не принимают: «мальчики не плачут» «девочки не дерутся». В этом случае срабатывает механизм -форма меняется на невротическую, и если эмоция никак не может проявиться, то она остается в теле и становится телесным симптомом.  Тело -место фиксации нашего стыда.


(Мы защищаемся телом, например, плохая кожа -чтобы не общаться с людьми)

У стыда есть   социальная характеристика — для испытывания стыда необходим взгляд Другого (впрочем, это может быть и не реальный человек, а, например, Внутренний Родитель). К слову, и излечивается стыд только в контакте с другим -близким человеком, терапевтом.

Стыд терапевта

На терапии чувство стыда возникает нередко. Пришел на терапию -со мной уже что-то не так. Но стыд возникает не только у клиентов, стыд испытывают терапевты — от бессилия, чувства некомпетентности.

Не ори, другие дети не кричат, говорит мать, избавляясь таким образом, от собственного стыда.  Так и терапевт на сессии может дать оценку, сказать, что клиент должен был поступить иначе.  Так мы справляемся с собственным стыдом. Но даже если это произошло, не стоит переживать, а превратить это в работу: исследовать, как отреагировал клиент, принял ли этот стыд, смог ли противостоять?

Откуда возникает чувство унижения

Когда мы испытываем чувство унижения? Когда я вдруг оказался меньше, чем ситуация.

Начальник все время общается со своими подчененными и вдруг выходит в люди, где никто перед ним не заискивает и каждый не смеется его шуткам. И неожиданно оказывается «меньше».


Или красивая женщина постарела и болезненно реагирует на то, что не пользуется уже таким успехом у мужчин. Или ребенок рисовал снег, а потом посмотрел на рисунок и заплакал от унижения: не получилось то, что он хотел, он не такой художник, как ожидал.

Чувство унижения возникает в ситуациях сексуального насилия, плена, обращения жестокого начальника.  Унижение испытывают тогда, когда ожидают от себя большего.  Человек приспосабливается к ситуации -не борется, но думает, что должен был бороться, себя защищать, быть каким-то другим.

Терапия стыда

Во время диагностики клиента мы исследуем, как возникают переживания клиента. Клиенту вдруг стало стыдно. Кажется, это от воспоминаний о событиях, о которых он рассказывал. Но только ли от этого?

Клиент может сказать: да, это моя тема, я всегда стыжусь. Но терапевт может сказать: да, но сейчас на кнопку нажал я. И потом клиент вспоминает, что когда он что-то рассказывал, терапевт посмотрел в окнона часызевнул. Клиент может даже это не осознавать, но есть наработанные реакции и механизмы.  Поэтому классический вопрос «что сейчас с тобой происходит?» помогает вернуть клиента к его чувствам, осознанию, исследованию, что происходит «здесь и сейчас».

Работа со стыдом в терапии

Из книги Гештальт-терапия шаг за шагом

Ранимым клиентам присуще чувство стыда.
ддержку и стыд можно рассматривать как два полюса. И то, и другое является способами регулирования контакта, движения по направлению к желаемому или от отвергаемого. Хотя обычно поддержка воспринимается как нечто хорошее, а стыд как плохое, в определенных условиях, слишком сильная поддержка может расхолаживать, а недостаток стыда мешать. В этом, позитивном смысле, стыд позволяет человеку избегать или защищаться от ситуаций, которые не дают поддержки или даже несут опасность.

Якобе  подчеркивает опасность стыда в отношениях между консультантом и клиентом. Неравные отношения, вероятность переносов, уязвимая позиция клиента и неосознанная защита терапевта от своего собственного стыда — все это вместе делает возникновение стыда весьма вероятным. Мы уже упоминали феномен защиты терапевта от собственного стыда, когда говорили о его уходе в отпуск.

У некоторых клиентов стыд настолько глубоко укоренен, что регулярно проявляется в отношениях с терапевтом. Маккейн называет это «узами стыда», сформированными в детских отношениях. Когда ребенок энергично сообщает о своей потребности или по иной причине возбужденно обращался к окружению, те, кто были рядом, отзывались неуважительно, пренебрежительно или даже агрессивно. Неприятие со стороны окружения и уменьшение энергетического уровня переживалось как стыд. Если это случалось часто, чувство стыда оказывалось сложным образом увязано с первоначальной потребностью.


Вот что говорит Маккейн: «Возникает прочная связь между стыдом и отвергнутой потребностью, и как следствие — потеря необходимого нам признания. Потребность немеет. Связанная со стыдом потребность не исчезает. Каждый раз, когда она неосознанно проявляется, человек чувствует стыд, который помогает ему, во-первых, переживать потребность как «не мое», а во-вторых, сохранять гармонию с окружением, которое по-прежнему отказывается признать эту потребность».

Предложения по работе со стыдом

Выше сказано, что стыд может сигнализировать о том, что клиент не находит поддержки, достаточной для того, чтобы справиться с ситуацией. Также это сигнал терапевту о том, что и в терапевтических отношениях клиенту не хватает поддержки. Никогда не заставляйте клиента следовать дальше в том направлении, которое вызывает стыд.

Поставьте себя на место клиента.

Любой человек знает, что такое стыд. Стыдясь, мы чувствуем себя очень одинокими. Как будто находишься в луче прожектора и некуда сбежать. В такой ситуации гештальт-интервенции, подчеркивающие дистанцию с терапевтом: развитие осознавания, комментарии по поводу позы или по поводу дискомфорта клиента — только усилят ощущение клиента, что он находится в луче прожектора и что его продолжают стыдить.

В это время наоборот следует «включиться» и представить, как бы вы себя чувствовали и чего бы вы хотели на месте клиента. Это время для сонастроенности, для того, чтобы быть чутким партнером рядом с клиентом, а не наблюдателем. По-настоящему полезными в этой ситуации могут быть слова о совместном переживании, а не стороннее комментирование.


Распознавание чувства.

Природа стыда такова, что он часто оказывается вне осознавания. То, что на самом деле зачастую является всего лишь ситуационно-обусловленной трещиной в отношениях, может восприниматься и переживаться как абсолютная ин-валидизация всей личности такой, какая она есть] как подтверждение того, что личность плохая и не представляет никакой ценности. Частью работы терапевта является помощь клиенту в распознавании конкретного переживаемого им чувства, иногда называемого стыдом, и в осознании того, что это всего лишь часть его личности (см. выше о присвоении себе своего опыта). Другая часть — в формировании понимания того, что это чувство может быть пережито, принято и им можно поделиться с другими людьми. По словам Кепнера, эти чувства «…должны быть, по крайней мере, замечены и артикулированы с тем, чтобы перейти из непроговариваемого фона в проговариваемый контекст». Исцеление же приходит с отношениями.

Принятие проекций.

Одной из составляющих реакции стыда может быть не уход, а наоборот злость или ярость на терапевта, который своим комментариями или интервенциями вызвал это чувство. Это бывает тяжело вынести, но в каком-то смысле это более здоровая реакция на воспринимаемую угрозу. Опасность состоит в том, что у терапевта эта злость и критика также могут вызвать стыд. Следует избегать вполне понятного желания мгновенно отреагировать защищаясь или оправдываясь, а постараться принять и выдержать атаку. В таком случае вы создадите лучшие условия для диалога с клиентом, в котором вы сможете осмыслить происшедшее и присвоить свою часть совместно пережитого опыта.


Настройка на невербальные сигналы. Важно научиться распознавать первые сигналы надвигающегося чувства стыда. Многие из реакций стыда берут начало в том возрасте, когда клиент был слишком маленьким, чтобы артикулировать или понять свой стыд и был способен выражать его только невербально. Клиент может проявлять признаки смущения, ежиться, меняться в лице, замирать или стараться стать как можно менее заметным. Это поможет вам отреагировать раньше и уменьшить вероятность ухудшения ситуации.

(Замечание: таким образом, консультант намеревался решить четыре задачи: во-первых, озвучить свой «вклад» в чувство дискомфорта у Молли и, таким образом, взять на себя ответственность за него. Во-вторых, он прояснил ее чувство и со-пережил его. В-третьих, он помог Молли осознать, как серьезно допущенная им ошибка повлияла на ее самоподдержку. И, в-четвертых, он помог ей принять его ошибку и сохранить само-поддержку).

Принятие клиентского образа самого себя за отправную точку.

Склонный к самокритике клиент подталкивает терапевта к тому, чтобы занять противоположную клиентской позицию и постараться вытащить клиента из его ответов основанных на чувстве стыда, особенно если очевидно, что клиент к себе несправедлив. Однако, пытаясь убедить клиента, что тот никак не может быть «во всем виноватым», «самым глупым в своей семье» или «совершенно нелюбимым», консультант снова стыдит его, сообщая ему, что тот не прав и ошибается.


Источник: www.zagorskaya.info

Каким рождается ребенок

Ребенок уже рождается наполненным. Он уже обладает и темпераментом, и биологическими, физиологическими особенностями, особенностями центральной нервной системы. В нем уже заложены определенные способности. Их очень много, больше, чем человек может понять и использовать за жизнь.

Сначала ребенок учится физически справляться со своим телом. Потом ему нужно справиться со своей эмоциональной сферой. Если вдуматься – даже взрослым людям тяжело обходиться со своими эмоциями, а уж для малыша это намного сложнее. Ему надо решать много задач: понимать и разбирать звуки, слова, смыслы, свои эмоции, желания и т. п.  Дальше нужно распознавать свои задатки и способности, учиться с ними управляться, выбирать свое место в жизни.

Ребенок не может самостоятельно научиться со всем этим своим богатством обращаться. Чтобы научиться этому, ему нужен другой человек. От близких ему людей ребенок впитывает отношение к себе. Это – спонтанный механизм: ребенок не разбирает, что нужно впитывать, а что нет. Он, как губка, впитывает все те способы, которыми с ним обходятся взрослые. Таким образом, он учится обращаться сам с собой. И самое важное в этом явлении то, что впитывает он все без разбору.

Как формируется чувство стыда

Маленький ребеночек не спит, у него режутся зубки и мама его качает. Приходит бабушка, берет ребеночка на руки и говорит такие слова: «Ну что же ты делаешь с мамой то? Что ж ты маму-то мучаешь? Совсем ты не жалеешь ее, маму всю извел! Мама-то, посмотри, совсем уже стоять на ногах из-за тебя не может!»

Дальше, кормит его мама с ложечки, а он хочет сам ложкой есть. Отбирает у мамы, сердится. Мама ему дала ложку, а он измазался и все вокруг себя извозил. Мама говорит: «Ну вот, извозился весь, говорила же что измажешься! Не можешь, не бери, я лучше тебя сделаю!»

Потом, пришел в детский садик. В садике нужно днем спать, а он не хочет. Ну не хочет и все – вот как себя заставить? Воспитательница ставит его в угол и говорит: «Ты наказан, постой в углу подумай. Ты сам не спишь и всем мешаешь». И вот он стоит, наказан одиночеством.

Еще пример: пришел он домой, а там мама сварила ему манную кашу, которую он терпеть не может. А он непосредственно отреагировал, разозлился, расстроился: «Я не хочу эту манную кашу есть!» Мама замученная, уставшая, она, может быть, и так не чувствует своей важности и ценности, а тут еще эти капризы… И она обиделась на него – не смогла удержаться, перестала с ним разговаривать. Так он оказывается отрезанным от нее, в эмоциональном холоде и вакууме. И все от того, что он не любит манную кашу. Он расстраивается, чувствует себя плохо, хнычет.

Подходит к папе, и вдруг заплакал. А папа ему говорит: «Ты знаешь, мальчики не плачут. Ты давай выйди, вытри слезы, приди и скажи мне, чего ты хочешь. А если тебе нечего сказать, то ты иди лучше займи себя делом, поиграй, книжки почитай или телевизор посмотри».

Нарисовал картинку к сказке. Очень старался. Пришла мама, посмотрела и говорит: «Боже мой, какой ужас. Стыдно это в школе учительнице показывать! Она подумает, что ты рисовать не умеешь, а я не могу тебя научить!» Взяла и все переделала, сама нарисовала.

В школе написал сочинение. Учительница поставила ему плохую отметку. Он обижен, возмущен, спрашивает: «За что? Мне кажется, я хорошо написал. Я был правдив, я  передал свои мысли!» Она говорит: «Ты знаешь, твое сочинение написано не по стандартам. Если ты такое сочинение напишешь на выпускном экзамене, то ты получишь 2. Потом не поступишь в институт, себе жизнь испортишь, родителям, будешь дворником и испортишь показатели в школе. Поэтому, если ты хочешь хорошую оценку, ты должен научиться писать сочинение так, как надо».

Ребенок за свою жизнь встречается с огромным количеством взаимодействий с окружающим миром. В этих взаимодействиях он получает такие послания: «Не будь собой. Ты не подходящий. Ты не такой, как надо. Ты мешаешь всем. Тебя нельзя любить. Ты ненормальный».

Очень редко ребенок получает из окружающей среды что-то в качестве поддержки. В результате он начинает верить, что он не подходит вообще никуда, ни под какие стандарты. Весь этот мир – не для него.

Если он часто играет с детьми, тогда эти жесткие стандарты взрослой жизни чуть-чуть расширяются. Хорошо, если ему попадется умный и чувствительный взрослый, который как-то по другому сможет ему все объяснить.

Чем больше он получает от мира таких посланий, чем меньше поддержки, тем чаще начинает относиться к себе так же, как и мир относится к нему. Он начинает относиться к себе, как к чему-то не подходящему, не значимому. Вот такое отношение к себе и начинает сопровождать чувство стыда, это становится привычкой.

Даже если ребенок никогда не слышал слова «стыд», даже если он уже не помнит, что конкретно и кто говорил ему в детстве – это ощущение уходит в автоматические, глубокие слои психики. Ребенок уже несет себя в мир как существо никчемное, ненужное, не подходящее, и довольно-таки противное.

«В самом начале своей жизни каждый из нас подобен цветочному бутону — так же закрыт. Только после того, как бутон получит тепло от солнечных лучей и питание из почвы, он раскроется и станет видна вся красота таившегося в нем цветка. Точно так же человеческая личность с самого начала жизни нуждается в тепле человеческой любви и питании, то есть в родительской заботе, для того, чтобы раскрыться и обнаружить всю неповторимую красоту, какую Бог вложил в каждого человека. Все мы являемся произведениями тех, кто нас любит или отказывает нам в любви.»
Джон Пауэлл

Если, например, весной когда цветочек только подрастает, набирается сил — ударит мороз, или засуха, то, скорее всего, цветок будет поврежден тем или иным образом. И возможно, не сможет раскрыться и превратиться в прекрасный цветок.

Так же и человек. Если в детстве он лишен тепла и одобрения, любви, если он растет в эмоциональном холоде и сухости, без поощрения и нежности, тогда, возможно, у него не получится раскрыть все свои способности. Тогда он не сможет открываться для общения с другими людьми и станет замкнутым.

У него сформируется отношение к себе, как к чему-то не нужному, и хроническое чувство стыда, которое будет мешать в общении с другими людьми и в достижении своих целей.

Когда стыдящемуся человеку говоришь, в чем он интересен, замечателен, талантлив, это может его сильно удивить. Он может сказать: «Да вы что!? Это совершенно не так! Во мне нет ничего хорошего. Одна пустота, грязь и гниль. Вы просто не знаете какой я на самом деле! Вы что, какие таланты, какие прекрасные качества?!» Настолько его личность оказывается придавлена и принижена.

Когда мы теряем способность видеть себя как нечто прекрасное, мы теряем возможность сделать прекрасной свою жизнь и прожить ее так, как нам хочется.

Оригинал: https://psyhelp24.org/chuvstvo-styda/

Источник: zen.yandex.ru

Что такое стыд?

Хотя стыд интуитивно знаком нам всем и, более того, встречается во всех культурах, дать однозначное определение этому чувству сложно. Объясняют это по-разному.

1. Мы плохо разделяем близкие между собой эмоции, особенно если они похоже проявляются в теле. Например, стыд часто путают со смущением. Различаются они по уровню переживания: стыд гораздо мучительнее, интенсивнее и продолжительнее.

Стыд возникает, когда задеты важные ценности и моральные принципы. Человек думает: «Я плохой и неправильный».

Смущение проходит быстрее и обычно связано с нарушением не столь важных социальных норм. Кроме того, в русском языке о смущении можно говорить даже в положительной ситуации: так, мы можем смутиться, услышав комплимент и похвалу. Стыдиться же всегда неприятно.

2. В разных языках эмоции называются и разделяются по-разному. В каком-то языке одному чувству могут дать несколько названий, а в другом, наоборот, несколько эмоций объединить одним словом.

Например, в русском языке мы говорим о стыде, не различая его оттенков. А в мандаринском китайском выделяют целых четыре понятия:

  • diu lian — стыд из-за потери репутации;
  • can kui — стыд, который испытывают, когда не получается достичь идеала;
  • xiu kui — стыд из-за личной неудачи;
  • xiu chi — стыд из-за общественной неудачи.

Средства языка помогают нам лучше или хуже описывать и понимать эмоции и формировать свою собственную эмоциональную культуру.

3. В научной литературе стыд часто описывают в связке с виной. Дело в том, что контраст между стыдом и виной помогает разобраться в этих эмоциях.

Виним мы себя за конкретный проступок, например, когда разбили любимую бабушкину чашку. Стыдиться — значит разочароваться в своей личности и качествах: например, мне стыдно из-за того, что я дедлайнер (неудачница, некрасивая, не умею красиво говорить — нужное подчеркнуть).

Конечно, мои личные качества могут быть связаны с определенными поступками (за которые я могу себя винить!), но испытывать стыд можно, даже ничего не сделав. Потому он и коварнее, чем вина. Ощутив вину, мы просим прощения и стараемся поскорее исправить ситуацию, но когда стыдимся, хочется лишь провалиться сквозь землю, чтобы больше никто и никогда не узнал, насколько мы плохие и неправильные.

Вина всегда касается действия, а стыд — личности.

Понимание этих различий помогает понять, что конкретно вы испытываете: стыд, вину или то и другое одновременно.

Называть свои эмоции и знать об их особенностях полезно, так как это помогает лучше понять себя и свои потребности.

Главная отличительная особенность стыда — это ощущение себя недостойным, плохим и неправильным. Из-за этого возникает острое желание поскорее спрятаться от всего мира, чтобы никто не увидел, как мы не соответствуем ценностям, важным для нас или общества.

Почему возникает ощущение недостойности?

Стыдясь, мы ощущаем себя неправильными, хуже других людей и недостойными их общества. Почему так? Оказывается, стыд — это социальная эмоция.

Социальные эмоции тесно связаны с чувствами и действиями других людей — их одобрением или осуждением. Помимо стыда, к ним относятся вина, ревность, зависть, гордость, сочувствие.

При базовых эмоциях вроде радости или гнева значение имеет только осознание собственного «я». Социальные же эмоции связаны с тем, что мы стремимся осознавать себя частью группы или целого общества и понимаем, что существуют другие «я», которые могут испытывать к нам различные чувства.

Поэтому многие исследователи подчеркивают, что в формировании стыда важную роль играет взгляд Другого — способность взглянуть на себя со стороны, узнать, что о вас думают другие люди.

«Стыд в своей первичной структуре есть стыд перед кем-то. Я только что сделал неловкий или вульгарный жест, этот жест прилип ко мне, я его не сужу, не порицаю, я просто его переживаю, я реализую его в форме для-себя. Но вот вдруг я поднимаю голову: кто-то был здесь и видел меня. Я тут же осознаю всю вульгарность моего жеста, и мне стыдно…

Итак, другой является неизбежным посредником, соединяющим меня со мной самим; я стыжусь, каким я являюсь другому».

Жан-Поль Сартр «Бытие и ничто»

И хотя здесь Сартр говорит о реальном взгляде со стороны (кто-то действительно увидел мой вульгарный жест), нам достаточно представить, что было бы, если бы кто-то увидел его.

Самый первый опыт стыда мы чаще всего получаем в раннем детстве, когда родители или другие значимые взрослые указали нам со стороны, что нечто — стыдно. Когда мы взрослеем, нам всё меньше нужно реальное присутствие других людей, чтобы испытать стыд. Мы формируем в воображении образ Другого, который будет оценивать все наши поступки. Часто такая оценка происходит автоматически и бессознательно.

Аудитория, реальная или воображаемая, — важный компонент стыда.

От оценки других людей зависит, почувствуем ли мы, что совершаем что-то недостойное и плохое. Испытав стыд, мы захотим спрятаться именно от этой аудитории, ведь она видела наш провал.

То есть стыд формируется обществом?

Узнав, что стыд — это социальная эмоция, можно увлечься спорами об обществе, упустив из виду, что это еще и реакция тела. С точки зрения физиологии стыд проявляется одинаково независимо от того, в какой культуре мы выросли. Зачем же эволюция наградила нас краснеющими щеками и желанием провалиться сквозь землю?

Нидерландский приматолог Франс де Вааль в своей книге «Истоки морали. В поисках человеческого у приматов» замечает, что похожую реакцию можно наблюдать у шимпанзе. Провинившиеся обезьяны съеживаются, ползают в пыли перед своим вожаком, пригибаются к земле и смотрят снизу вверх, чтобы продемонстрировать свое подчинение. Человеческое тело показывает стыд еще ярче: мы неконтролируемо краснеем.

Общее у человека и шимпанзе физиологическое проявление стыда показывает, что это адаптация, выработанная в процессе эволюции, пишет де Вааль. Это социальный сигнал, который сообщает другим: мы прекрасно знаем, что поступили неправильно, и теперь всеми силами стремимся исправиться. Таким образом, стыд показывает, что мы просто оступились, не представляем угрозы для сообщества и хотим взаимодействовать с окружающими.

«Разве не лучше было бы, если бы кровь в самые неподходящие моменты не бросалась непроизвольно к щекам и шее, где изменение цвета кожи видно издалека, как горящий фонарь? Для прирожденного манипулятора подобный сигнал не имеет положительного смысла. Я могу придумать для такого румянца один-единственный смысл: покрасневшее лицо сообщает другим людям о том, что вы знаете, как сказываются на них ваши действия. Это способствует доверию».

Франс де Вааль «Истоки морали. В поисках человеческого у приматов»

С точки зрения эволюции стыд со всеми составляющими его неприятными физиологическими реакциями необходим нам, чтобы выжить. Стыд показывает, что мы понимаем, как наши действия влияют на других, и готовы взаимодействовать с окружающими и исправиться в случае проступка.

Значит, стыд полезен?

И да, и нет. С точки зрения эволюции стыд и любые другие социальные эмоции полезны для сохранения сложной социальной структуры. Человечество смогло достичь столь многого потому, что мы как биологический вид отлично кооперируемся и способны работать сообща. Но одно дело — способность ощущать стыд и совсем другое — в каких ситуациях мы его испытываем. Тут уже важную роль играет культура.

Классический взгляд на культуру сквозь призму стыда представлен в работах американской антропологини Рут Бенедикт, которая в своей книге «Хризантема и меч: модели японской культуры» (1946) предположила, что Америка — это культура вины, а Япония — культура стыда.

Американец, совершивший плохой поступок, почувствует вину, справиться с которой ему помогут раскаяние и действия, заглаживающие содеянное. Японцу же от покаяния легче не станет: вместо вины он испытает стыд за самого себя (ведь он допустил промах) и решит изолироваться от общества.

Теория Рут Бенедикт стала популярной: вскоре все культуры поделили на культуры стыда и вины (иногда сюда добавляют страх). В целом западное общество считается культурой вины. Некоторые исследователи даже уверены, что это объясняет, почему на Западе настолько не любят стыд и всеми силами с ним борются: вина нам просто-напросто привычнее и понятнее, мы знаем, что с ней делать и как перестать ее испытывать.

Стыд это в психологии

Однако не стоит забывать, что Бенедикт написала свою книгу после Второй мировой войны, а с тех пор многое поменялось. Кроме того, ее теорию критикуют за поспешные выводы. Да и заявление, что в западной культуре вина значимее стыда, выглядит сомнительно.

На страны Запада огромное влияние оказало христианство, в котором стыд играет ключевую роль: вкусив с древа познания, Адам и Ева испытали именно это чувство.

Кроме того, современные психотерапевты пишут, что на Западе бушует эпидемия стыда. Стыд — это одна из главных эмоций, которую испытывают нарциссы и люди с нарциссической травмой (то есть те, кто долго находились в отношениях с нарциссами). Причина в том, что такие люди предъявляют к себе и окружающим завышенные требования. Часто они не могут им соответствовать, и тогда ругают себя (или других) за это.

Этот стыд — неосознанный, он не просто время от времени появляется в жизни таких людей, но является ее постоянным фоном. Человек всё время не дотягивает до (невозможного) идеала и постоянно ощущает свою «недостойность». Конечно, такой стыд токсичен и разрушает личность.

Подробнее о связи нарциссической травмы и стыда можно почитать в книге Анастасии Долгановой «Мир нарциссической жертвы. Отношения в контексте современного невроза».

Современные антропологи также напоминают, что в каждой культуре присутствуют и стыд, и вина, а классификация Рут Бенедикт лишь помогает понять, какая эмоция сильнее влияет на конкретное общество.

Как западная культура учит нас стыдиться?

Борьба со стыдом не новое изобретение: уже в Античности философы недолюбливали это чувство. Аристотель писал:

«О стыде не приличествует говорить как о некоей добродетели, потому что он больше напоминает страсть, нежели склад [души]…

Эта страсть подобает не всякому возрасту, но [только] молодому. Мы полагаем, что в определенном возрасте следует быть стыдливыми, потому что, живя по страсти, молодые совершают много проступков, а стыдливость препятствует им. И мы хвалим стыдливых среди молодежи, но человека более взрослого никто, пожалуй, не похвалит за стеснительность…

Стыдливость, коль скоро она возникла в связи с дурными поступками, чужда порядочному человеку…

Нелепо ведет себя тот, кто, совершив один из постыдных поступков, стесняется и думает, что тем самым он порядочный человек. Стыд ведь бывает за произвольные поступки, а порядочный человек по своей воле никогда не сделает дурного».

Аристотель «Никомахова этика»

Благодаря Аристотелю многие философы рассматривали стыд как исключительно моральную эмоцию и иногда даже подчеркивали, что это своего рода моральный компас. Раз стыдишься, значит, совершил что-то неправильное.

Впрочем, в наши дни не все согласны с этим, многие ученые уверены, что стыд мы испытываем и в других случаях. Например, американский философ Дж. Дэвид Веллеман утверждает, что стыд возникает, когда мы переступаем грань между публичным и частным.

Веллеман рассуждает: что случится, если однажды мы проснемся в мире, где совсем нет стыда? Судя по всему, мы окажемся… в библейском раю (возможно, это не так уж плохо).

Веллеман анализирует историю Адама и Евы, которая, безусловно, повлияла на то, как западная культура относится к стыду, и приходит к интересному выводу. Адам и Ева впервые испытали стыд не из-за нарушения моральных норм, а из-за осознания своей наготы. Так стыд в западной культуре стал тесно связан с телом и сексуальностью. Веллеману это не нравится:

«Известная версия предполагает, что то знание, которое обрели Адам и Ева, — это знание о сексе. То, что они внезапно осознали, согласно этой интерпретации, — это сексуальность всей ситуации, из-за чего они почувствовали одновременно похоть и стыд.

Такая версия выглядит странно, потому что предполагает, будто Бог, создавая Адама и Еву, не хотел, чтобы они использовали свои гениталии. Но зачем тогда он их ими наделил? Я не отрицаю, что то знание, которое обрели Адам и Ева, в какой-то степени связано с сексом, но за этим скрывается что-то большее».

Дж. Дэвид Веллеман «Происхождение стыда»

Как считает Веллеман, «большее» — это знание про общее и частное. Вкусив плод с древа познания, Адам и Ева устыдились не столько сексуальности, сколько того, что нарушена их приватность: то, что они хотели бы скрыть, вдруг стало публичным.

Читайте также

Секс по-христиански: оргазм как доказательство Бога, профеминизм Христа и другие исследования сексуальной теологии

Именно поэтому, когда мы стыдимся, то ощущаем реальный или воображаемый взгляд другого. Известное выражение «стыдно, когда видно» точно описывает, как возникает стыд: когда то, что мы (или общество) хотели бы оставить личным, вдруг стало известно всем.

Стыд в западной культуре помогает очертить свои и чужие границы: разделить личное и публичное и в случае нарушения границ наказать нарушителя.

Американская писательница и философ Брене Браун рассказывает, что может случиться, когда человек сталкивается со своим стыдом лицом к лицу

Когда стыд становится токсичным?

Ценить личное и общественное, не нарушать чужие границы и знать, что никто не нарушит твои, — отличная идея. Но почему тогда стыд так часто негативно на нас влияет? Всё дело в нормах, которые фиксируют черту между личным и публичным.

Что делать достоянием общественности, а что лучше скрыть, каждое общество решает само. Иногда наш субъективный взгляд на нормы приватного и публичного не совпадает с тем, что принято в обществе, а порой эти нормы просто устаревают или не подходят нам.

Что именно заставляет нас стыдиться: нормы общества или наши собственные принципы?

Существуют две конкурирующие теории — автономного и гетеронормативного стыда.

  • Теория автономного стыда гласит, что мы стыдимся чего-то, только когда действуем вразрез со своими ценностями и принципами. Например, для меня важно сдавать работу в срок, но я не успеваю и стыжу себя за это. Общество может одобрять или критиковать мое желание не быть дедлайнером, но я испытываю жгучий стыд, ведь я нарушила то, что важно лично для меня.
  • Теория гетеронормативного стыда утверждает, что я стыжусь в первую очередь тогда, когда нарушаю нормы, важные для общества, в котором я живу. Если в социуме культивируется образ человека, успевающего всегда и везде, то я буду стыдить себя за нарушения всех дедлайнов. Но если общество поощряет заботу о себе и снисходительное отношение к своим недостаткам, то я скорее буду стыдиться того, что беру на себя слишком много и мало отдыхаю.

Можно приводить много аргументов в пользу каждой из теорий. Но чтобы понять, почему стыд бывает токсичным, стоит обратиться к самому объекту стыда и спросить: почему я стыжусь именно этого? Какие нормы за этим стоят? Они важны лично для меня или это то, чем руководствуется большинство?

Иногда нам неловко от того, что действительно важно для нас. Тогда стыд помогает увидеть, что именно мы делаем не так, чтобы в дальнейшем больше так не поступать и исправиться.

Но иногда мы стыдимся чего-то, с чем сами не согласны. Что делать тогда? Философы и психотерапевты советуют усомниться в этих нормах, признать их неадекватность и призвать на помощь здоровую гордость.

Гордость за себя и свои поступки — это эмоция, противоположная стыду. Она помогает изменить не только себя, но и общество. Если еще полвека назад люди стыдились того, что принадлежат к ЛГБТК+, и всячески скрывали это, то благодаря гей-прайдам (pride с английского как раз переводится как «гордость») и борьбе за равноправие сейчас скорее будут шеймить гомофобов.

Когда мы анализируем собственный стыд и стыд, который поощряется обществом, мы лучше понимаем себя и свою культуру. Если общественные нормы вас не удовлетворяют, сомнение помогает менять их — и переставать себя стыдиться.

Важно думать и говорить о стыде. Нужно не только замечать его, но и проверять, за что мы шеймим себя и других. И тогда, возможно, стыд станет нашим другом: поможет нам лучше кооперироваться, уважать свои и чужие границы — или подскажет, как нужно менять общественные нормы.

Источник: knife.media