Психологические подходы


Автор Evgeniy в . Опубликовано Психология 101 Последнее обновление: 04/05/2015

Подходы в современной психологииДовольно легко потеряться в современных психологических подходах: чем отличается когнитивизм от бихевиоризма? почему важно разграничить эволюционный и биологический подходы? и, наконец, как каждая из психологий объясняет феномен человеческого поведения?

Вместо предисловия

  • Существует множество точек зрения на феномен человеческого поведения. Психологи используют всевозможные подходы, когда изучают, как люди мыслят, чувствуют и ведут себя.
  • Некоторые исследователи специализируются на одном подходе, например – на биологическом, в то время как другие обращаются к более эклектичным методам, что объединяют разные точки зрения.
  • Ни один из подходов не является ведущим; каждый только подчёркивает разные аспекты человеческого поведения.

Семь основных подходов в психологии

Ранние годы психологии были отмечены преемственностью разных философских школ. Если у Вас когда-нибудь был курс психологии в школе, Вы, должно быть, помните изучение этих школ: структурализм, функционализм, психоанализ, бихевиоризм и гуманизм. С взрослением психологии возрастало и количество тем, которые исследовала наука. Начиная с ранних 1960-х поле психологии разрасталось быстрыми темпами – то же происходило с глубиной и шириной изучаемых психологами предметов.

Сегодня немногие психологи отождествляют свои наблюдения с той или иной школой. Несмотря на то, что Вы всё ещё можете отыскать несколько «чистокровных» бихевиористов или психоаналитиков, большинство психологов классифицируют свои работы исходя из сферы профессиональной деятельности и подхода.

Каждая тема в психологии может быть рассмотрена через призму различных подходов. Например, обратимся к феномену агрессии. Тот, кто придерживается биологического подхода, рассмотрел бы связь мозга и нервной системы с агрессивным поведением. Профессионал, что фокусируется на бихевиоризме, обратил бы внимание на факторы среды, способствующие агрессивному поведению. Другой психолог, использующий кросс-культурный подход, учитывает то, как культурные и социальные факторы сопутствуют агрессии или жестокости.

Рассмотрим несколько главных подходов современной психологии.


Психодинамический подход

Психодинамический подход берёт начало из работ Зигмунда Фрейда. Этот вид психологии акцентирует роль бессознательного мышления, опыта раннего детства и межличностных отношений, чтобы объяснить мотивы поведения и помочь людям, страдающим психическими заболеваниями.

Бихевиоризм

Бихевиоризм – это подход, фокусирующийся на изученных формах поведения. Бихевиоризм отличается от многих других подходов тем, что, вместо акцентировки на внутренних состояниях, он обращается исключительно к внешним проявлениям поведения.

Эта школа доминировала в психологии в начале двадцатого века, а уже в 50-х годах она утратила своё преимущество. Принципы бихевиоризма часто применяются для регулирования психического здоровья: врачи используют эти техники в выявлении диагноза и лечении множества заболеваний.

Когнитивный подход

В течение 60-х начинает набирать силу когнитивный подход. Эта сфера психологии сосредотачивает внимание на таких психических процессах, как память, мышление, решение задач, речь и принятие решений. Под влиянием психологов Жана Пиаже и Альберта Бандуры подход чрезвычайно развился в последние десятилетия.

Когнитивисты часто используют модель обработки информации, сравнивая человеческий разум с компьютером для того, чтобы понять, как информация приобретается, обрабатывается, хранится и используется.

Биологический подход

Исследование физиологии сыграло главную роль в развитии психологии как отдельной науки. Сегодня подход известен как биологическая психология. Иногда называемая биопсихологией или физиологической психологией, школа подчёркивает физические и биологические мотивы поведения.


Исследователи, которые выбирают биологический подход, рассматривают то, как генетика влияет на различные поведения, или как повреждение определённой области мозга формирует поступки и характер личности. Таким образом, генетика, мозг, нервная, эндокринная и иммунная системы – те объекты, которые интересуют биопсихологов.

Этот подход значительно продвинулся за последнее время благодаря прогрессу в изучении и понимании человеческого мозга и нервной системы. Такой инструментарий, как МРТ и ПЭТ сканирования, позволяет исследователям наблюдать мозг человека в разнообразных условиях. Учёные теперь могут увидеть последствия повреждения мозга, наркотиков и болезней методами, что были недоступны ранее.

Кросс-культурный подход

Кросс-культурная психология – довольно новый подход, который развился за последние двадцать лет. Учёные рассматривают человеческое поведение через призму разных культур. Изучая эти различия, мы можем больше узнать о влиянии родной культуры на наше мышление и поведение.

Например, исследователи отметили то, как различно социальное поведение в индивидуалистических и коллективистских культурах. В индивидуалистических культурах – например, в США – люди склонны затрачивать меньше усилий, когда они находятся в группе; такое явление известно как «социальное безделье». В коллективистских культурах – например, в Китае – напротив, люди работают активнее, когда они – часть коллектива.


Эволюционный подход

Эволюционная психология сосредоточена на изучении того, как эволюция объясняет психологические процессы. Исследователи берут за основу базовые принципы эволюции, в том числе естественный отбор, и применяют их к психологическим явлениям. Этот подход предлагает следующую теорию: психические процессы возникли потому, что они помогают в выживании и размножении.

Гуманистический подход

В течение 1950-х формируется гуманистическая психология. Взращённый работами Карла Роджерса и Абрахама Маслоу, подход подчёркивает значение мотивации для мыслей и поведения человека. Основой психологии является концепция самоактуализации. Те, кто избрал такой подход, изучают способы, позволяющие человеку вырасти, измениться и развить личный потенциал. Между прочим, позитивистская психология, недавно возникшая отрасль психологии, уходит корнями именно в гуманистический подход.

Источник: aboutyourself.ru

Если говорить о психологии в целом, то одной из ее главных особенностей является политеоретичность – отсутствие единой общепринятой теории, в рамках которой объяснялись бы все изучаемые явления. Этим она принципиально отличается от естественных и точных наук. К примеру, в биологии объединяющую роль играет эволюционная теория, разделяемая подавляющим большинством биологов, предлагающая объяснения ключевым биологическим явлениям и предопределяющая основные направления поиска этой науки.


психологии такая единая концепция отсутствует, в ней существует несколько подходов, ни один из которых не может претендовать на господство. Каждый из них обладает значимым числом сторонников, но при этом у каждого есть и непримиримые противники; каждый, в конечном счете, претендует на исчерпывающее объяснение всех психологических явлений, но на практике сталкивается с препятствиями на пути становления собственной гегемонии; и каждый имеет собственную приоритетную область, изучение которой признается его сторонниками критичным для развития психологической науки в целом.

Можно выделить пять таких подходов.

Биологический – исходит из того, что в основе всех психических процессов лежат изменения в нервной системе человека. Изучение психики и поведения человека, следовательно, должно быть основано на исследовании соответствующих физиологических процессов.

Бихевиористский подход основывается на утверждении, что психика человека не может считаться подходящим для строго научного исследования объектом, так как психические процессы недоступны для наблюдения. Исходя из этого, изучение человека должно основываться на наблюдениях за его поведением, а не на теоретизировании по поводу событий, происходящих в его внутреннем мире. Главным исследовательским инструментом бихевиористы считают экспериментирование на основе сопоставления наблюдаемых фактов – стимулов и реакций.


Психоаналитический подход, напротив, объясняет поведение и психические процессы, опираясь преимущественно на бессознательные глубинные явления психики. Сознание рассматривается психоаналитиками как вторичная структура, определяемая инстинктами человека, действие которых проходит большей частью за пределами осознаваемого. Проникновение в сферу бессознательного и его изучение составляет, по мнению психоаналитиков, важнейшую задачу психологии.

Сторонники когнитивного подхода считают, что основной функцией человеческого мозга является обработка информации. Когнитивные исследования проводятся, основываясь на аналогии между высшей нервной деятельностью человека и работой компьютера: предпринимаются попытки свести сложные психические процессы к простейшим операциями по обработке поступающих данных, а любое поведение рассматривается как реакция, основанная на результатах обработки.

Перечисленные подходы объединяет то, что все они считают сознательный опыт человека ненадежным источником информации. В отличие от них, феноменологический или, иначе, гуманистический подход сосредоточен именно на субъективном опыте человека. Его сторонники считают, что исключение сознательного опыта из сферы интересов психологии неоправданно сужает ее рамки и лишает психологов возможности объяснить духовную сферу человеческой жизнедеятельности — творчество, эстетическое чувство, самопожертвование и другие проявления высоких мотивов, которые составляют основной интерес гуманистической психологии.


В исследовании вопросов управления задействуются все подходы. Естественно, что в некоторых случаях это порождает противоречивые выводы, однако чаще политеоретичность способствует формированию комплекса разносторонних и взаимодополняющих данных.

Источник: studopedia.ru

 

2.3.1. Возникновение и поддержание панического расстройства

 

В последнее время было предложено достаточно много психологических моделей для объяснения панического расстройства. Кларк (Clark, 1986) уже в 1986 году подчеркивал роль катастрофальных оценок физических ощущений при панических атаках. Согласно этой модели, панический приступ возникает из-за того, что интернальные или экстернальные раздражители — на основе не описываемых в этой модели детерминант — воспринимаются прежде всего как угрожающие. На это угрожающее восприятие индивид реагирует страхом и физическими изменениями, которые сами в конце концов оцениваются как опасные и угрожающие жизни. Интерпретация физических ощущений как признаков физической катастрофы производит, со своей стороны, другие физические симптомы, которые вновь оцениваются как указание на физическую угрозу, и т. д. Если этот процесс будет все дальше нарастать, произойдет паническая атака.
гласно сложной объяснительной модели Барлоу (Barlow, 1988), паническое расстройство начинает развиваться после возникновения ложного сигнала тревоги на стресс. При этом ложный сигнал тревоги — в противоположность филогенетическим осмысленным сигналам тревоги — содержит элементы дисфункциональной реакции избегания. В результате ассоциации этого ложного сигнала тревоги с интернальными раздражителями, в дальнейшем интернальные раздражители сами могут вызвать уже заученную реакцию тревоги или паники. По Барлоу (Barlow, 1988), клиническое паническое расстройство развивается в том случае, если у индивида возникают тревожные ожидания новых панических реакций. Этими тревожными ожиданиями объясняются вигильность и чувствительность по отношению к интернальным раздражителям, что понижает порог для дальнейших сигналов тревоги или паники.

Особенно хорошо обоснована психофизиологическая модель Элерса и Марграфа (Ehlers & Margraf, 1989, см. также Margraf & Schneider, 1996), тоже подчеркивающая роль интернальных раздражителей для возникновения панической атаки (рис. 37.2.2).

 

Психологические подходы

Рис. 37.2.2. Психофизиологическая модель панического расстройства по Элерсу и Марграфу (Ehlers & Margraf, 1989)

 

Являясь следствием различных возможных пусковых факторов (возбуждения, кофеина, жара), приступ паники обычно начинается с физиологических (например, сердцебиение, головокружение) или психических (например, быстрая скачка мыслей, затрудненная концентрация внимания) изменений.
ли индивид воспринимает эти изменения и ассоциирует их с непосредственной чрезмерной опасностью и угрозой, то он реагирует на это тревогой, которая, в свою очередь, вызывает другие физические и когнитивные изменения. И если эта эскалация симптомов вновь воспринимается пациентом и связывается с опасностью, то это приводит к росту тревоги. Эта обратная связь между изменениями, восприятием, ассоциацией с опасностью и тревожной реакцией может возникать многократно и в результате привести к процессу нарастания. Такая обратная связь в конце концов и приводит к панической атаке. Элерс и Марграф (Ehlers & Margraf, 1989) назвали этот процесс «психофизиологическим замкнутым кругом»; на рис. 37.2.2 представлена внутренняя часть этой модели. Они считают (Ehlers & Margraf, 1989), что необходимо отделять внутренние раздражители от их восприятия, поскольку прямого соответствия между ними не существует. Так, индивид, находясь в состоянии покоя, например лежа в постели, может чувствовать ускоренное сердцебиение только потому, что в этом положении тела удары сердца воспринимаются отчетливее. В этом случае позитивная обратная связь начнется не при изменении сердцебиения, а при его восприятии. Такое восприятие может ассоциироваться с опасностью, причем при ассоциативных связях задействованы процессы интероцептивного обусловливания и сознательной интерпретации.


Согласно психофизиологической модели, панические атаки могут прекратиться (уменьшение тревоги) в двух случаях: а) благодаря осознанию возможностей их преодоления и б) благодаря автоматически включающимся процессам негативной обратной связи. Как пример процесса негативной обратной связи, можно назвать габитуацию, утомление или респираторные рефлексы при гипервентиляции. Кратковременными, уменьшающими тревогу возможностями преодоления можно назвать, например, избегающее поведение и поведение, связанное с поиском помощи. Другие способы поведения, которые могли бы привести к уменьшению тревоги, — это изменение дыхания, отвлечение от внешних раздражителей или реатрибуция физических ощущений. Если попытка преодоления не удалась, то это может привести к повторному росту тревоги.

Модифицирующее влияние на эти процессы обратной связи может оказать большое число факторов. На рис. 37.2.2 эти факторы приведены вне центральной части модели. Так, на процессах обратной связи, приводящих к росту тревоги, кратковременно могут отражаться актуальные психические и физические состояния (например, общий уровень тревоги, острое аффективное состояние, физическое истощение, гормональные колебания), а также актуальные ситуативные факторы (например, переживание тревоги при физической активности, чрезмерное потребление никотина или кофеина, наркотиков и некоторых лекарственных препаратов). Долговременное воздействие могут оказывать ситуативные факторы (например, длительные тяжелые жизненные ситуации) и индивидуальные диспозиции человека. В качестве индивидуальных диспозиций Элерс и Марграф (Ehlers & Margraf, 1989) называют обостренное внимание к опасным раздражителям, хорошую способность воспринимать физические ощущения и приобретенные в результате научения тенденции истолкования симптомов (например, когнитивные стили / схемы о значении внутренних раздражителей). Обеспокоенность тем, что паническая атака может повториться, также может привести к повышенному уровню тревоги и возбуждения.

Необходимо отметить, что психофизиологическая модель подкреплена большим количеством доказательств (Margraf & Schneider, 1996). Так, например, было установлено, что панические атаки зачастую начинаются с восприятия определенных физических ощущений и пациенты с паническим расстройством склонны к тому, чтобы ассоциировать эти ощущения с опасностью. Далее было показано, что пациенты с паническим расстройством по сравнению со здоровыми лицами из контрольной группы или лицами с другими тревожными расстройствами считают более вероятным, что физиологические реакции могут причинить им большой вред. Также было подтверждено, что пациенты с паническим расстройством демонстрируют избирательное внимание к раздражителям, которые могут указывать на физическую опасность. Также существование позитивной обратной связи между воспринятыми физическими симптомами и тревожными реакциями было доказано с помощью неправильной обратной связи частоты сердцебиений. Однако эта модель не может ответить на один существенный вопрос, а именно почему вообще возникает самая первая паническая атака. Играет ли здесь роль специфическое генетическое наследование, нельзя с достаточной убедительностью вывести из выше рассмотренного накопления симптоматики в семье. Возможно, так передается только неспецифическая уязвимость, в то время как на формирование специфического расстройства, скорее всего, оказывают влияние факторы внешней среды (Andrews, Stewart, Allen & Henderson, 1990; Kendler, Neale, Kessler, Heath & Eaves, 1992). Представление о том, как может происходить психологическая передача панического расстройства, дают исследования Элерса (Ehlers, 1993) и Шнейдера (Schneider, 1995). Не вдаваясь в подробности, можно сказать, что эмпирические данные указывают на большое значение для возникновения панического расстройства специфического опыта, полученного пациентами в детском и подростковом возрасте. Важным средовым фактором для возникновения панического расстройства может быть реагирование родителей на релевантные для паники симптомы. С точки зрения современной науки, большое значение для передачи имеет научение по моделям.

Другой важной теорией, получившей широкий отклик в научных кругах, является теория гипервентиляции (Ley, 1987). Эта теория предполагает, что причиной возникновения панического расстройства является гипервентиляция. Правда, основные гипотезы не получили эмпирического подтверждения. Ни хроническая, ни актуальная гипервентиляция не проявляется при панических атаках регулярно. Напротив, было замечено, что более существенную роль играют когнитивные факторы. Так, при гипервентиляции с помощью соответствующих инструкций могут быть вызваны или устранены субъективные и физиологические тревожные реакции. Маграф и Шнейдер (Margraf & Schneider, 1996) указывают на то, что на сегодняшний день гипервентиляция обладает значимостью не столько как этиологическая теория, сколько как терапевтический подход. Гипервентиляция может использоваться для провокации у лиц с паническими расстройствами пугающих физических симптомов, с целью их переработки путем реатрибуции.

Другие авторы, например Бек и Эмери (Beck & Emery, 1985), в рамках похожих гипотез, напротив, рассматривают когнитивные факторы в качестве решающих для возникновения и развития панического расстройства (когнитивные теории научения). Согласно этой концепции, неопасные ситуации неадекватно интерпретируются пациентами как опасные. В качестве особого фактора для агорафобического избегающего поведения называется скрытый страх перед ситуациями, которые и на самом деле могут оказаться опасными (например, тесное, замкнутое пространство, переполненный покупателями магазин, определенные социальные ситуации и т. п.). При ситуативных стрессах лицам с паническим расстройством часто бывает сложно привести свои эмоциональные реакции в соответствие с ситуацией и проверить содержание возникающих (чрезмерных) страхов.

 

2.3.2. Подходы к объяснению агорафобии

 

В рамках психологических теорий научения наибольшим влиянием среди теоретических подходов к объяснению фобических расстройств, в том числе и агорафобии, пользуется, прежде всего, так называемая «теория двух факторов» (Zwei-Faktoren-Theorie). Еще и сегодня эта теория используется как основа для определения показаний к терапии агорафобического избегающего поведения. Теория двух факторов (Mowrer, 1960) предполагает, что при фобиях изначально нейтральный раздражитель, возникший в результате травматического события, ассоциируется с основным мотивированным тревогой состоянием (классическое обусловливание) и следующее за этим избегание такого — уже аверсивного — раздражителя подкрепляется исчезновением этого неприятного тревожного состояния (оперантное обусловливание). Однако, несмотря на то, что это хорошо согласуется с данными, полученными в результате экспериментов на животных, эта теория оказалась не достаточной для объяснения клинических фобий и агорафобии. Во-первых, многие пациенты с фобиями не помнят, чтобы у них происходили травматические события до начала расстройства, а во-вторых, у людей не удалось выработать соответствующей фобии (ср. невозможность повторить эксперимент с маленьким Альбертом из: Watson & Rayner, 1920).

В своей переработанной версии этой теории о возникновении агорафобии Гольдштейн и Чамблес (Goldstein & Chambless, 1978) пришли к выводу, что следует различать две формы агорафобии: 1) простую агорафобию,связанную с травматическими событиями, и 2) существенно более распространенную комплексную агорафобию,которую чаще всего определяют как «страх перед страхом». Наблюдаемая при этом склонность оценивать физические ощущения как указание на опасность и болезнь и реагировать на это страхом описывается понятием «чувствительность к страху» (Reiss & McNally, 1985). Кроме того, Гольдштейн и Чамблес подчеркивали роль интероцептивного обусловливания. Физические ощущения, такие как учащенное сердцебиение, становятся условными раздражителями для панических атак, которые вновь могут быть связаны с внешней ситуацией путем обусловливания более высокого порядка. Хотя многие аспекты этого подхода прошли хорошую эмпирическую проверку, гипотеза о специфической предрасположенности и пусковых факторах по-прежнему остается спорной. Такие факторы, как повышенная тревожность, неуверенность в себе, зависимость и неспособность адекватно идентифицировать пусковой механизм неприятных эмоций вполне способны оказывать диспозиционное воздействие, но все же у подавляющего большинства пациентов с этим диагнозом не встречаются. Не находит эмпирического подтверждения также и предположение, что панические расстройства вызываются преимущественно в конфликтных интерперсональных ситуациях. Хотя не все компоненты модели эмпирически подтверждены, переработанная теория двух факторов обладает все еще большим значением для лечения агорафобии, поскольку представляет собой простую, ориентированную на пациента, объяснительную модель, дающую показания к применению методов конфронтации (см. Margraf & Schneider, 1996).

Таким образом, исходная нейробиологическая гипотеза о том, что первоначальные неожиданные панические атаки имеют решающее причинное значение для развития агорафобии, остается важнейшей гипотезой, не противоречащей ни когнитивным теориям научения, ни эпидемиологическим данным (Wittchen & Vossen, 1996).

 

Источник: helpiks.org


Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.