Психологическая зависимость от наркотиков


Особенности наркозависимостиНемало специалистов ломают головы над тем, как устранить столь пагубное для общества явление, как наркомания. Успех борьбы с ней во многом зависит от выявления точных причин, толкающих людей на путь наркотической зависимости. Основная масса наркоманов — это те, кто потребляет наркотические средства не по медицинским показаниям.

Вначале в зависимости от типа высшей нервной деятельности, вида наркотика, дозы, метода его введения в организм, психической установки субъекта вызывается эйфорический эффект. Формируется желание принимать определённый вид наркотиков. Их начинают принимать регулярно.

Что такое наркомания

Под определением «наркомания» подразумевается болезненное, ненормальное пристрастие человека к любому из веществ, вызывающему состояние эйфории, галлюцинации, или ещё каким-либо образом меняющему представление о реальности.


  • Описание пристрастия к наркотическим веществамВызывается она регулярным употреблением любого психоактивного вещества как искусственного, так и естественного происхождения.
  • Наркомания проявляется развитием как физической, так и психической зависимости от наркотического вещества, непреодолимой тягой к его употреблению. На фоне зависимости начинается ухудшение физического здоровья и моральный распад.
  • Диагноз больному ставят, основываясь на его опросе, анамнезе, осмотре и результатах анализов. Лечат наркоманию в стационаре, при помощи психологической и медикаментозной терапии, трудотерапии. Лечение назначает специалист-нарколог.
  • По результатам исследований, больше всего подвержены наркомании молодые люди и подростки. Больные, страдающие ею, всегда озабочены поиском денег на новую дозу.
  • При отсутствии своевременной дозы становятся очень агрессивными, проявляют криминальные наклонности. Инъекционные формы наркомании отличаются высоким риском распространения таких опаснейших заболеваний, как СПИД, сифилис и гепатит.

Причины наркотической зависимости

Описание физиологических причин наркоманииНаркозависимость могут вызывать различные факторы, которые условно можно разделить на физиологические и социальные (иначе говоря, психологические).
и этом в каждом индивидуальном случае формирование зависимости происходит по совокупности различных причин и в первую очередь зависит от особенностей личности.

Физиологические причины. К таким факторам принято относить особенности нейромедиаторного обмена в головном мозге конкретного человека. При избытке или недостатке определённых нейромедиаторов человек становится психически неуравновешенным, тревожным.

У него появляется ощущение внутренней неудовлетворённости, подавленность, избыток отрицательных эмоций и недостаток положительных. Такое состояние зачастую бывает обусловленным наследственно.

Человек с нарушенным уровнем нейромедиаторов начинает искать спасения в наркотических веществах. Сначала наркотики действительно помогают избавиться от страха и тревоги, даруют ощущение спокойствия и блаженство, вследствие чего человек прибегает к ним все чаще и чаще, пока это не входит в систему.

Через некоторое время, по мере привыкания организма к наркотику, эффект от него становится все менее выраженным (или пропадает вовсе), но на этом этапе у человека уже формируется стойкая зависимость как психологическая, так и физическая.

Психологические причины

Психологические (или социальные) причины наркомании зачастую зависят от психоэмоционального состояния личности и уходят корнями ещё в детство. К этим причинам относят:


  1. Психологические причины наркозависимостиПроблемы в семье. Сюда относятся как недостаток, так и избыток родительской любви, одинаково пагубно влияющие на психику личности. Избалованный ребёнок, привыкший к отсутствию запретов и полной вседозволенности, не преминет попробовать наркотик, если ему представится такая возможность.
  2. Просто так, от нечего делать. Если ребёнка чрезмерно опекают, не давая возможности развиваться самостоятельно, скорее всего, он попробует наркотик в переходном возрасте, в знак протеста.
  3. Ребёнок, который воспитывается в неполноценной семье, где имеет место алкоголизм или наркомания родителей, рукоприкладство их по отношению друг к другу и детям и тому подобное, вероятнее всего, попытается искать в наркотиках утешения и успокоения.
  4. Любопытство. Пожалуй, самая частая мотивация ко множеству действий, в том числе, и к употреблению наркотических веществ. Каждый человек склонен думать, что ничего страшного не произойдёт, если просто один разок попробовать что-нибудь запретное.

  5. Ещё страшнее, если мысль подкрепляется посторонним внушением «друзей», настойчиво уговаривающих это сделать. В отдельных случаях «один раз» действительно остаётся первым и последним, но такое бывает очень и очень редко.
  6. Бунтарство против семейных устоев и устоев общества. Эта причина проистекает из ряда других: нежелания отвечать за собственные поступки, аморальности, внутренних психологических конфликтов, банальной скуки, подражания дурному окружению, эмоциональной подавленности, тревожности, отсутствия здоровых интересов и увлечений.
  7. Стремление к успеху. Как правило, этим страдают творческие, одарённые люди, считающие, что наркотики смогут расширить их сознание и помочь в достижении новых высот.

Чаще всего такая причина вызвана стремлением человека подражать кому-то из кумиров, который достиг успеха, будучи наркозависимым человеком, или же воздействием определённого рода литературы, где описано «расширение сознания» при помощи запретных веществ.

А некоторые из творческих личностей заходят ещё дальше, проводя эксперименты над собственным телом и сознанием в попытках отследить влияние наркотиков на человека. Помимо вышеназванных, социальными причинами наркомании можно назвать:

  • влияние на психику молодёжи западной культуры;
  • отсутствие цензуры, полная аморальность в средствах массовой информации и скрытая пропаганда оными аморального образа жизни;
  • недостаток детско-юношеских организаций, клубов по интересам и тому подобных заведений;
  • кризис ценностей современного общества;
  • неэффективная пропаганда здорового образа жизни.

Психология наркомании

Особенности психологии наркоманииСпециалисты, в компетенцию которых входит изучение зависимостей, сходятся во мнении, что проблем наркомании и алкоголизма как таковых не существует по отдельности — они являются одним из следствий поведенческих и психических отклонений в развитии человека.

Как известно, мозг вырабатывает так называемые гормоны радости — эндорфины, которые отвечают за состояния удовольствия, расслабления и обезболивания. В норме эндорфины вырабатываются в достаточном количестве вследствие тех или иных состояний человека. А наркотики являются стимуляторами повышенной их выработки.

Опасность наркотических веществ в том, что непосредственно после их принятия количество эндорфинов возрастает, и человек впадает в состояние эйфории, но уже через некоторое время после употребления наркотика уровень «гормонов радости» существенно снижается, поскольку наркотик нарушает их нормальную выработку.


Соответственно, для повышения количества эндорфинов человеку требуется новая доза — и с каждым употреблением она становится больше. Именно это и называется физической зависимостью — когда человеческое тело отвыкает полноценно функционировать без наркотических веществ.

Общеизвестно, что наркомания — страшное увлечение, которое очень плохо заканчивается. При этом напрашивается вполне логичный вопрос: зачем люди, прекрасно осведомленные о вреде наркотиков, выбирают столь нездоровое удовлетворение своих потребностей?

Главная причина всех зависимостей — недовольство собственной жизнью и стремление изменить её. Но способы при этом выбираются инфантильные, нездоровые. Взрослый человек с несформированным, детским мышлением пытается решить свои внутренние проблемы лёгким путём, избегая серьёзных перемен в собственной деятельности и уходя от ответственности.

Увы, нынешнее общество практически не способно формировать зрелых и самодостаточных личностей. А человеку инфантильному очень трудно понять себя и решить свои проблемы нормальным путём, особенно если к ним прибавилась наркотическая зависимость.

Инфантильность, как причина наркотической зависимости

Инфантильность, как причина наркоманииНекоторые возразят — ведь среди наркоманов много успешных личностей, о какой же инфантильности может идти речь? Инфантилизм проявляется не в умении человека делать деньги, а в его социальной неадаптированности, несформированности психики и мышления, отсутствии видения жизни, духовной и нравственной неразвитости.


Одно из ярчайших проявлений инфантильности — неумение отказывать себе в удовольствиях, даже если оные подразумевают под собой удовлетворение низших потребностей и идут в противовес инстинкту самосохранения.

Откуда же берётся инфантилизм, и почему он так распространён в современном обществе? Ответ прост — инфантильность личности напрямую связана с чрезмерной родительской любовью и опекой.

Если пару столетий назад родители воспринимали детей как маленьких взрослых, и относились к ним соответственно, то сейчас драгоценных чад стремятся максимально уберечь от реалий внешнего мира, не давая им полноценно взрослеть.

Проявляя чрезмерную заботу, родители не задумываются, что безжалостно уродуют психику детей, не дают им познать окружающий мир, выработать нормальную реакцию на различные ситуации и найти собственную манеру поведения.

Чтобы победить зависимость, нужно в первую очередь решить собственные психологические проблемы. В противном случае сколько бы человек ни проходил курсов лечения, он будет возвращаться к вредной привычке, едва переступив порог медицинского учреждения. До тех пор, пока не изменится мотивация, не изменится ничего.

Путь борьбы с наркоманией — длительный процесс, требующих физических и моральных сил, волевых качеств, глубокого самоанализа и работы над собой.


Источник: psiho.guru

В традиционной наркологии наркомания рассматривается как неизлечимая болезнь, с более или менее продолжительными ремиссиями [94, 95,131]. В структуре наркомании выделяют ряд основных феноменов, которые проявляются в ходе развития болезни.

1. Синдром психической зависимости. Ее суть заключается в том, что человек перестает чувствовать себя более- менее вписанным в жизнь без приема наркотиков. Наркотик становится важнейшим условием контакта человека с жизнью, собой, другими людьми.

2. Синдром физической зависимости, которая заключается в том, что постепенно наркотик встраивается в различные цепи обменных процессов в организме. Если наркоман не принимает соответствующее количество наркотика, то он испытывает различные по степени выраженности физические страдания: ломота, сухость кожи (или, наоборот, обильная потливость). Это явление называется абстинентным синдромом. Для его снятия необходимо принятие наркотика, дозы которого постоянно увеличиваются.


3. Синдром измененной реактивности организма к действию наркотика. Важнейшую роль в структуре данного синдрома играет толерантность. Ее возрастание, стабилизация на высоком уровне, снижение относят к стержневым симптомам наркомании [94].

С полной уверенностью можно утверждать, что современная наркология ориентирована преимущественно на реализацию лечебных воздействий, направленных на синдром физической зависимости и изменение реактивности организма на прием наркотического вещества. В подавляющем большинстве случаев лечение сводится к госпитализации больного, лишению его возможности принимать наркотики, проведению дезинтоксикационной и общеукрепляющей терапии. В последние годы в лечении больных наркоманией все более активно начинают использоваться различные средства, заимствованные из психиатрии. Перечисленные мероприятия купируют абстинентный синдром, разрушают физическую зависимость [10]. При этом психическая зависимость, на наш взгляд, играющая в развитии наркомании важнейшую роль, остается вне досягаемости для существующих сегодня терапевтических мероприятий, построенных в соответствии с традиционным психиатрическим подходом. Увы, «внушение больному отвращения к принимаемому средству, когда он находится в состоянии гипноза и во время выработки отрицательного рефлекса на вещество, которым злоупотребляет» [131], оказывается малопродуктивным методом разрушения психической зависимости.


Клинические наблюдения показывают, что чисто медицинский подход к наркомании оказывается неэффективным ни в плане лечения и реабилитации, ни, тем более, в плане профилактики [93].

Низкая эффективность сложившихся в наркологии подходов к лечению наркомании связана с тем, что вне их досягаемости оказывается синдром психической зависимости от наркотиков. Анализ специальной литературы показывает, что различные аспекты возникновения, структуры, динамики, терапии, а также места и функции психической зависимости до сих пор остаются недостаточно исследованными.

На наш взгляд, сложившаяся ситуация связана с несколькими причинами. Прежде всего с тем, что будучи одним из первых (по времени формирования) психическая зависимость одновременно является и самым длительным (по времени существования), и самым трудно устранимым феноменом. С развитием наркомании и появлением другой симптоматики психическая зависимость и в сознании наркомана, и в сознании связанных с ним людей — родственников и медицинских работников — отступает на второй план как менее острое (в переживаниях) и менее яркое (в проявлениях) явление, уступая место таким феноменам как, например, абстинентный синдром. Поскольку подавляющее большинство наркоманов обращаются за помощью на довольно поздних стадиях болезни, то внимание специалистов концентрируется прежде всего на физиологической симптоматике. В отношении психической составляющей абстинентного синдрома используется, как правило, фармакологические средства из арсенала психиатрии. Не останавливаясь сейчас подробно на психологическом аспекте абстинентного синдрома, отметим лишь, что его значение в практике лечения наркомании явно недооценивается. Наши клинические наблюдения за поведением наркоманов в состоянии абстинентного кризиса показывают, что наиболее важную роль в его протекании играют не столько телесные страдания, сколько ожидания этих страданий и отношение к ним. Эти наблюдения хорошо соотносятся с давно известными в психологии фактами, говорящими о том, что физическая боль зависит от настроения и эмоционального состояния в конкретный момент. Так, даже очень болезненные раны в пылу сражения остаются незамеченными. Известно, что если фокус внимания наркомана в период обострения абстинентного синдрома смещен с ожидания страдания на какую-либо динамичную активность (например, управление автомобилем и др.), то интенсивность физических страданий существенно снижается. Не менее важным, на наш взгляд, является научно еще незафиксированный, но хорошо известный из практики факт более ответственного отношения к лечению и последующей поддерживающей психотерапии у наркоманов, переживших абстинентный синдром без медицинской помощи (ломка «всухую»).

Таким образом, будучи оттесненной на второй план проявлениями абстинентного синдрома, психическая зависимость и воспринимается как явление второстепенное в структуре наркомании. В связи с этим, внимание исследователей концентрируется прежде всего на соматических и физиологических аспектах наркомании. Пребывание наркомана в стационаре, каким бы продолжительным оно не было, тем не менее, ограничено. Сложившаяся практика такова, что пребывание в стационаре ограничено периодом, необходимым для купирования абстиненции и стабилизации соматического здоровья. Таким образом, наркоман, находящийся в стадии ремиссии, оказывается за пределами лечебного учреждения при сохранении психической зависимости. В условиях крайней неразвитости в нашей стране системы амбулаторной психотерапевтической и поддерживающей помощи наркоманам в период ремиссии, сохранение психической зависимости является важнейшей причиной безуспешности усилий врачей и самого наркомана в отношении лечения, причиной рецидива.

Наш опыт показывает, что в условиях вынужденного отказа от употребления наркотиков, например, вследствие пребывания в исправительных учреждениях, психическая зависимость может сохраниться на протяжении нескольких лет.

Еще одной причиной недостаточной исследованности психической зависимости является ее сложное строение. В наркологии [94,95,131] психическая зависимость рассматривается как синдром, в структуре которого выделяют психическое (обсессивное) влечение к наркотику и способность достижения психического комфорта в интоксикации. При этом «психическое влечение выражается в постоянных мыслях о наркотике, подъеме настроения в предвкушении приема, подавленности, неудовлетворенности в отсутствии наркотика. Часто влечение сопровождается борьбой мотивов. В сочетании с навязчивостью мыслей о наркотике, это дает основание называть психическое влечение обсессивным» [131].

Отметим здесь, что одной из характеристик обсессивных состояний является то, что для их возникновения не требуется определенных ситуаций. Между тем, тот же автор [131] отмечает, что «влечение обостряется при неприятных переживаниях, встречах с друзьями — наркоманами, разговорах о наркотиках» [131]. На самом деле, круг ситуаций, обостряющих стремление к наркотику, гораздо шире приведенного и должен включать в себя по меньшей мере разнообразные семейные ситуации [88][93]. Роль семьи в консервации психической зависимости от наркотика будет подробно рассмотрена нами ниже. Здесь же обратим внимание на то, что характеристика психического влечения как обсессивного и недостаточна, и не адекватна. Ее недостаточность связана с тем, что, фиксируя навязчивый характер стремления к наркотику, это определение игнорирует то, что само по себе употребление наркотика на определенном этапе развития наркомании перестает быть целью и становится средством, т.е. помимо аспекта «хочу», в нем явно просматривается «могу».

Неадекватность характеристики влечения к наркотику как навязчивого заключается, на наш взгляд, в том, что само это влечение переживается наркоманом как его собственное состояние, тогда как для навязчивых состояний характерно то, что они воспринимаются человеком как чуждые (курсив наш – С.Б., К.Л.)» [92].

Низкий уровень разработанности проблемы психической зависимости обнаруживается и при соотнесении феномена зависимости с используемым для его характеристики понятием «влечение». Как известно, влечение — это «психическое состояние, выражающее недифференцированную, неосознанную или недостаточно осознанную потребность субъекта. Влечение является приходящим явлением, поскольку представленная в нем потребность либо угасает, либо осознается, превращаясь в конкретное намерение, желание, мечту и др.» [92]. Очевидно, что такое определение влечения очень условно соотносится с обозначенным им в контексте проблемы психической зависимости явлением:

а) стремление к наркотику всегда осознается и субъективно переживается как желание и конкретное намерение, следовательно, это не влечение. Не осознается причина, по которой субъект стремится к наркотику;

б) трудно согласиться также с тем, что в стремлении к наркотику представленная в нем потребность угасает. Напротив, психологический анализ показывает, что представленная в стремлении к наркотику потребность воспроизводится, причем, воспроизводится в «расширенном» варианте.

Если же мы теперь вернемся к классическому психоаналитическому пониманию влечения, сформулированному З. Фрейдом [153], то мы должны будем выяснить и описать такие его аспекты, как источник, цель, объект и сила. Попытки характеризовать психическую зависимость как влечение, через характеристику ее аспектов, приводит к необходимости отказа от этого понятия как неадекватного. Например, попробуйте дифференцировать источник, цель и объект влечения? Любые попытки такой дифференциации оказываются безуспешными, если только не вводятся различные допущения и оговорки.

Таким образом, мы приходим к пониманию того, что явление, обозначаемое в современной наркологии и психиатрии как обсессивное влечение к наркотику, требует более адекватного названия. Нужно отметить, что в «наркоманском» сленге существует жаргонизм совершенно точно отражающий сущность психической зависимости — «тяга». Точно также, в сленге наркоманов существует слово, обозначающее физическую зависимость — «кумары». Заметим, что в сознании наркомана эти виды зависимости также разведены, как и в научной литературе. Наркоманы говорят: «тяга — в голове, а кумары — в теле».

Своеобразным подтверждением большего соответствия жаргонизма «тяга» сущности психологической зависимости по сравнению с традиционно используемым в психиатрии понятием «влечение» является то, что в неформальном межличностном общении при обсуждении профессиональных проблем наркологи предпочитают использовать слово «тяга».

Таким образом, анализируя структуру психической зависимости, мы сталкиваемся с особой реальностью, которая требует специального психологического обозначения.

В поисках обозначения для той особой формы активности, которая реализует психическую зависимость, мы остановились на слове «устремления». Мы полагаем, что тот смысл, который вкладывает в понятие «устремление» В.А. Петровский, соответствует специфике обсуждаемого феномена. Прежде всего потому, что устремление является такой формой активности, в которой наркотик как цель и наркотик как средство представлены одновременно, совместно. В устремлении «хочу» (влечение) и «могу» (навыки, знание, опыт) выступают совместно, «поддерживая друг друга и переходя друг в друга» [89]. Далее вчитаемся в авторский текст: «Устремленный человек знает, чего он хочет, располагает определенной схемой действования и, кроме того, действует, а не просто грезит. Быть устремленным — это значит располагать возможностями, которые прорываются вовне. В устремлении проявляется именно избыток возможностей, а не их недостаточность. Здесь главное — само действование. Оно самоценно и заключает в себе возможность самовоспроизводства» [89]. Конечно, наркоман знает чего он хочет; очевидно, что он располагает весьма эффективной схемой действования; наконец, он действует! Сама возможность употреблять наркотик возникает как побуждение к действованию в направлении возможности, как средство изменения состояния, когда состояние не устраивает.

Заметим, что в обыденном языке также существует слово, объединяющее в себе модус желаний и модус возможностей. Это слово охота. Вот как определяет его В. Даль: «состояние человека, который что-либо хочет; хотение, желание, наклонность или стремление; … страсть, слепая любовь» [44]. С.И. Ожегов дает сходное толкование слова «охота», акцентируя в нем «чреватость действия» и неопределенность одновременно: «желание, стремление…» [76]. Охота пуще неволи.

Таким образом, «охота» — это не просто желание или стремление, а собственное желание, которое сильнее воли. Более того, семантика обыденного слова «охота» содержит в себе интенцию качественного преобразования, саморазвития: отдайся охоте, будешь в неволе; или: с молоду — в охоту, под старость — в неволю [44].

Таким образом, мы полагаем, что в психической зависимости проявляется для наркомана избыток возможностей. Бесспорным, на наш взгляд, аргументом в пользу последнего тезиса является существование второго выделяемого в наркологии симптома в структуре синдрома психической зависимости, а именно, симптома способности достижения состояния психического комфорта в интоксикации. Наиболее существенным нам представляется здесь понимание того, «что состояние психического комфорта в интоксикации для наркомана означает не только уход от дискомфорта трезвости, но и восстановление психических функций. Наркотик становится необходимым условием благополучного психического существования и функционирования» [131]. Таким образом, мы действительно видим именно избыток возможностей, а не их недостаточность.

Если мы теперь признаем, что по психологическому статусу психическая зависимость от наркотика — это устремление, т.е. особая форма активности субъекта, которая характеризуется своей способностью к самовоспроизводству и самодвижению, то понятными и объяснимыми станут те особенности феномена, которые ранее только фиксировались, но не объяснялись. Мы имеем в виду такие особенности как:

  • неспецифичность [94; 131; 74];

  • длительность [131];

  • трудноустранимость [131];

  • развитие в процессе болезни (появление со временем новых черт) [94];

  • ажитация [74];

  • воспроизводимость.

Понимание перечисленных параметров психической зависимости возникает в ходе следующих рассуждений.

Психическая зависимость как устремление характеризуется своей самоценностью. Такой подход совершенно лишает смысла вполне прагматичный вопрос: устремление к чему? Значит, психическая зависимость не специфична. Устремление как форма активности самоценно само по себе, а самоценность для субъекта заключается в возможности перехода «хочу» в «могу», когда каждое последующее движение становится условием возрастания «хочу», а достижение желаемого — условием возрастания «могу». Таким образом, причины движения не в какой-либо цели, что подразумевало бы возможность ответа на вопрос «к чему влечение?» или «устремление к чему?», а в самом движении. Это и объясняет неспецифичность психической зависимости: наркоману по большому счету неважно, «что употребить».

Понимание психической зависимости как устремления, практически снимает вопрос о причинах ее воспроизведения: устремление имманентно содержит в себе возможность самовоспроизводства [81]. При этом важнейшим условием воспроизводства является «соблазн возможности» [81].

Соблазн возможности (В.А.Петровский) оказывается сильнее, чем инстинкт самосохранения.

Здесь сама возможность становится достаточным основанием действования. Более того, как показывают наши клинические наблюдения, зачастую, употребляя наркотики, наркоман действует не потому что стремится к какому-либо результату, а потому, что стремится к реализации самого действия. Устремление к реализации действия, мотивируемое возможностью действовать, раскрывает нам отличие психической зависимости как устремления от других устремлений, например, эмоциональных. В эмоциональных устремлениях взаимопереход «хочу» в «могу» и обратно, поддерживаемый средой, приводит к наращиванию и расширению реальных возможностей индивида. В том числе и возможности управления собственным «хочу». По мере развития физиологической симптоматики наркомании способность субъекта к саморегуляции своего «хочу» снижается. Таким образом «хочу», как характеристика субъекта подменяется необходимостью, как следствием болезни. «Хочу» как выражение направленности субъекта вытесняется необходимостью как следствием нарушении физиологической организации индивида. Поэтому психическая зависимость как устремление циклично. Метафорой, выражающей самодвижения позитивных устремлений, является движение по спирали. Метафорой, выражающей самодвижение психической зависимости, является движение по окружности. Это проясняет, почему психическая зависимость не является условием личностного роста в отличие от устремлений в когнитивной или эмоциональной сфере.

Также понятными становятся и причины трудноустранимости психической зависимости. Очевидно, что устранение психической зависимости означает либо нарушение возможности перехода ценностно-целевого аспекта отношения к наркотику в инструментальный и наоборот, либо разрушение одного или обоих этих аспектов. Однако теперь достаточно вспомнить, что состояние наркотического опьянения — это состояние, когда достигается нормальное психическое функционирование [94; 131], чтобы стала понятной вся сложность ответа на вопрос: «А что взамен?». Что можно предложить наркоману взамен доступных ему, хорошо им освоенных и простых способов достижения состояния нормального функционирования? Мы в процессе наших исследований и клинической практики обнаружили один возможный ответ: «Только более эффективные способы достижения удовлетворенности от и равновесия с жизнью …». Практическая инструментальная сторона этого ответа видится нам в поисках средств (терапевтические методы и техники, терапевтическая среда) развития, не связанных с наркотиками устремлений. Возможность построения такой терапевтической практики показана в работах В.А. Петровского и его сотрудников [89; 123].

Проведенный нами анализ дает основание утверждать, что эффективность программ первичной профилактики напрямую зависит от того, насколько они способствуют порождению трансфинитных форм активности в когнитивной, эмоциональной и волевой сферах личности [82]. Будучи самоцеными и самопорождающими, эти формы активности выступают как надежный фактор наркоустойчивости [93].

В 1998 — 1999 годах нами было проведено исследование, суть которого заключалась в следующем. На предварительном этапе было отобрано 120 человек (80 мужчин и 40 женщин) в возрасте от 25 до 30 лет, чье детство и юность прошли в максимально насыщенной факторами наркориска среде и имевших опыт пробного употребления наркотиков. Нас интересовало субъективное мнение испытуемого при интерпретации объективного фактора: все они смогли отказаться от наркотиков на этапе экспериментирования и никто из них не стал наркоманом. Нами использовался метод беседы. Испытуемого спрашивали: «Что, на Ваш взгляд, было причиной, побудившей (удерживающей) Вас от употребления наркотиков?». Получив ответ, исследователь задавал вопрос: «Почему это было важно для Вас?» или «А для чего это было Вам нужно?», и т.п. Опрос оканчивался тогда, когда испытуемый не мог дать ответа или воспроизводил уже звучавший ответ. Анализ текстов, высказываний испытуемых показывает, что в 87% случаев причиной, удержавшей испытуемого от дальнейшего употребления наркотиков, были устремления в когнитивной, эмоциональной, волевой сферах. При этом, в 76% случаев устремления испытуемых были связаны с социальной сферой жизни.

Еще одна важная причина трудноустранимости психической зависимости видится нам в следующем. Важнейшие черты психической зависимости — самодвижение, самопорождение, воспроизводимость и др. — наделяют ее свойствами субъекта. Наличие в структуре личности наркомана психической зависимости, обладающей свойствами субъекта, приводит к тому, что в поведении наркомана появляются субъектные проявления. Субъектность поведения индивида, обладающего психической зависимостью, очевидна: это поведение, преодолевающее биологические ограничения (инстинкт самосохранения), и социальные запреты и нормы. Такие субъектные проявления находят свою продолженность в личности других людей, для которых наркоман обладает личностной значимостью (члены семьи, друзья и т.п.). Таким образом, психическая зависимость наркомана приобретает представленность в жизненной ситуации близких наркоману людей, выступая как источник преобразования этой ситуации. Именно поэтому обнаружение факта наркомании в семье становится стартом стремительного формирования созависимости [88],[93]. Отражаясь в других, психическая зависимость наркомана выступает как деятельное начало, меняющее их (этих других) взгляд на жизнь, на себя, на семью, формирующее у них новые побуждения, ставящее перед ними новые цели. Жизнь семьи наркомана принципиально меняется, как только его наркомания становится явной для близких.

Основания (зависимость) и последствия активности наркомана имеют для членов его семьи тот или иной личностный смысл. Заметим при этом, что эффекты инобытия наркомана (т.е. бытия в идеальной форме в психическом пространстве связанных с ним межличностными отношениями людей [81, 82]) оказываются более глубокими и мощными, чем эффекты его реального бытия.

Отраженное бытие психической зависимости наркомана в других людях (родных и близких), находя в них свою идеальную продолженность и представленность, становится фактором развития личности индивида с наркотической зависимостью. Личность, по мысли В.А. Петровского, развивается во взаимопереходах отраженной и возвращенной субъектности. Таким образом, отражая те изменения, которые наркоман производит в жизни других людей, он сам развивается как личность. Однако очевидно, что отраженное, возвращенное и реально действующее не совпадают и не могут совпадать! Реально действует наркоман, как целокупность ипостасей его личности, в других отражаются субъектные проявления его психической зависимости, а возвращаются достроенные до целостной завершенности возвращенные образы наркомана. Таким образом, сущностное в личности индивида, обладающего психической зависимостью, вступает в противоречие с отраженным в других людях и в себе самом (т.е. с существованием). Иными словами, ненаркотическое сущностное вступает в конфликт с наркоманским существованием. Последнее обстоятельство полностью подтверждается данными эмпирических исследований психических и личностных особенностей наркоманов периода взросления, приведенными в следующем параграфе.

Особый трагизм только что описанного механизма видится нам в следующем. Все хорошее и доброе, чем обладал человек до начала употребления наркотиков, не исчезает и потом, оно продолжает существаовать, но преимущественно во внутреним пространстве бытия индивида. В окружающих близких отражается теперь не ранее любимый и дорогой им человек, а проявления его наркоманского поведения. Теперь индивид, употребляющий наркотики, отражается в близких людях не во всей совокупности своих человеческих черт, а частично как наркоман. Именно эта, «частичная отраженность» и возвращается ему, становясь основой развития особой структуры его личности. Сын Павел, употребляющий наркотики, смотрит на своего отца Петра и через него понимает, что он — наркоман.

Таким образом, во взаимопереходах отраженной и возращенной субъектности психической зависимости развивается особая ипостась личности индивида с наркотической зависимостью — личность наркомана. Назовем ее наркотической личностью. Так, в пространстве бытия индивида, употребляющего наркотики, развивается потологическое образование — наркотическая личность. Важнейшим условием ее развития являются реакции окружающих наркомана людей. Глубинный внутриличностный конфликт, сопровождающий наркоманию [88], является , по нашему мнению, конфликтом личности и наркотической личности индивида. Психологические исследования наркомании, о которых речь шла в предыдущем параграфе, клинические данные, наблюдения за поведением наркоманов, а также свидетельства родителей наркоманов убедительно показывают не только высокую устойчивость наркотической личности, но и ее большую эффективность, гибкость и адаптивность. Очевидно, что ее «разрушение» может быть результатом только неадаптивных проявлений здоровой части личности индивида, страдающего наркоманией замеченных и поддержанных родителями и близкими. Таким образом, мы полагаем, что вторичная профилактика наркомании (реабилитация) должна быть направлена на развитие устремлений здоровой части личности наркомана.

Поскольку, как это было показано выше, результирующим эффектом возникновения психической зависимости является развитие наркотической личности, то нам представляется правомерным и обоснованным рассмотреть различные типы ее атрибуции бытию индивида, страдающего наркоманией. Следуя логике В.А. Петровского [80], [81], [82], [89], мы должны дать интраиндивидную, интериндивидную и метаиндивидную интерпретацию наркотической личности.

В интраиндивидном пространстве наркотическая личность описывается как те характеристики индивида, появление которых связано с употреблением наркотика. Различные известные попытки построения «портретов», «профилей» наркоманов есть не что иное, как описание наркотической личности в интраиндивидном пространстве. Результаты наших исследований, выполненных в этом направлении, подробно приведены в следующем параграфе данной главы. Здесь же отметим лишь крайне конфликтный характер отношений наркотической личности с другими аспектами личности наркомана. Именно этим объясняется крайняя противоречивость, конфликтность и несовместимость интраиндивидных черт личности наркомана, обнаруженная С.В. Березиным и Н.А. Расщепкиной при использовании проективных методов [88].

Очень ярко и образно остроту переживаемого конфликта выразил один из наших клиентов: «Ну как тут не уколоться, когда у тебя в душе и палач, и жертва?» (Александр Н., 22 года, стаж опийной наркомании 2 года 7 месяцев).

Мы полагаем, что наличие глубинного конфликта между различными аспектами личности наркомана на интраиндивидном уровне выступает как одно из условий воспроизводства психической зависимости.

В пространстве межиндивидных связей (интериндивидная личностная атрибуция) наркотическая личность проявляется прежде всего в специфических для наркомании и неспецифических для нее играх, в которые играют наркоманы. Лживость, лень, конфликтность, игнорирование морально-этических норм в поведении, манипулятивность — вот типичный для наркотической личности набор характеристик. Принципиальным, на наш взгляд, является тот факт, что внимание родителей наркомана сосредоточено прежде всего на проявлениях наркотической личности. Анализ взаимодействия наркомана и членов его семьи во время семейных сессий дает основание утверждать, что общение в «наркоманских» семьях строятся именно с наркотической личностью. При этом здоровая часть личности практически игнорируется. Таким образом, в системе межиндивидных связей также обнаруживаем условия воспроизведения психической зависимости. Такими условиями, на наш взгляд, являются дефицит спонтанности и близости во внутрисемейном (и шире — социальном) взаимодействии, игнорирование со стороны родителей «здоровой» части личности наркомана, напряженность межличностных отношений. Здесь мы сталкиваемся с переживанием того самого драматизма несоответствия «для — себя — бытия» и «бытия — для — других» [80]. Наконец, когда мы говорим о метаиндивидной атрибуции наркоманской личности, мы имеем в виду широчайший круг явлений, описываемых понятием «созависимость». Наша позиция, аргументация которой будет приведена во второй главе, заключается в том, что в основе созависимых отношений при наркомании лежат ригидные субъектные представленности наркомана в сознании его родителей и близких.

Понимание созависимости как совокупности эффектов, порождаемых субъектной представленностью наркомана в жизни окружающих его людей, объясняет ранее только отмечавшийся факт продолжения существования созависимого поведения не только за пределами актуального взаимодействия наркомана, но и в случаях, когда наркоман не существует физически (смерть в результате передозировки и т.п.).

Говоря о метаиндивидном аспекте наркотической личности отметим, что речь идет также и о вкладах субъекта в себя, как «в другого»: проявления наркоманской личности отражаются и в других, приобретая в них свою продолженность, и в самом наркомане, расширяя сферу своего присутствия, сокращая пространство здоровой части личности наркомана. Здесь мы видим кольцо самопричинности в развитии психической зависимости и наркотической личности. Заметим, что «самопричинность» развития наркотической личности объясняет наличие принципиальной разницы между шизофреническим расщеплением личности и двойственностью личности при наркомании.

Таким образом, мы полагаем, что важнейшим условием, поддерживающим психическую зависимость, является метаиндивидная представленность наркомана в жизни других людей и его собственной жизни.

Таким образом, семья не является причиной наркотизации: она является условием формирования психической зависимости.

Проведенный нами анализ психической зависимости, выполненный в рамках теории персонализации (А.В. Петровский, В.А. Петровский), позволил нам описать структуру, динамику, условия ее возникновения и воспроизводства.

Обнаружив очень перспективную, на наш взгляд, возможность интерпретации психической зависимости как особого устремления — мы неизбежно сталкиваемся с необходимостью поиска и определения условий, в которых это устремление приобретает способность к неограниченному воспроизводству.

Очевидно однако, что обнаружение условий возникновения и развития психической зависимости, понимаемой как устремление, это лишь первый, хотя и очень важный, с точки зрения первичной и вторичной профилактики, шаг. Вторым шагом должен быть поиск психологических средств воздействия, разрушающих или модифицирующих условия, создающие возможность порождения и воспроизводства психической зависимости. Мы полагаем, что условия, «поддерживающие» существование психологической зависимости, могут быть сгруппированы в три основных типа:

  • интраиндивидные (индивидуально-психологические);

  • интериндивидные (т.е. существующие и «скрывающиеся» в пространстве межиндивидных связей);

  • метаиндивидные (т.е. существующие не просто за границами самого индивидуального субъекта, а именно «за пределами его актуальных связей с другими индивидами, за пределами его совместной деятельности с ними») [80].

В данном случае мы используем понятия, введенные В.А. Петровским. И хотя в работе В.А. Петровского [80] речь шла о различных типах личностной атрибуции, мы видим возможность использования понятий интраиндивидный, интериндивидный и метаиндивидный для обозначения тех сфер личностных проявлений, в которых могут быть обнаружены феномены, порождающие и поддерживающие психическую зависимость при наркомании.

Условия интраиндивидного типа будут рассмотрены нами в следующем разделе настоящей главы. Традиционно, именно они являются предметом подавляющего большинства психологических исследований наркомании.

Условия итериндивидного типа в аспекте семейных связей будут рассмотрены в специальной главе. Нужно отметить, что литература, посвященная анализу условий, порождающих и поддерживающих психическую зависимость, которые могли бы быть отнесены к этой сфере, сосредоточена в основном вокруг двух проблем: проблемы созависимости в семье и проблемы отношений в «наркоманской» группе. По сравнению со сферой интраиндивидных условий, условия интериндивидного типа изучены, на наш взгляд, крайне недостаточно.

Наконец, инобытие наркомана, как условие воспроизводства психической зависимости, будет рассмотрено нами в третьей главе. Каких-либо исследований, которые были бы посвящены изучению условий этого типа, нам обнаружить в литературе не удалось.

Применение концепции метаиндивидного инобытия личности для анализа динамики психической зависимости от наркотиков позволяет распространить принципы семейной психотерапии даже на те случаи, когда наркоман живет вне семьи, или воспитывался вне семьи: условием формирования созависимости является не семья сама по себе, а значимость наркомана для другого и другого для наркомана.

Еще одним важным следствием, вытекающим из приведенных выше рассуждений и открывающим перспективы дальнейших исследований, является возможность интерпретации психической зависимости при наркомании как отношений созависимости с сами собой. Имеется в виду субъектные «вклады» наркомана в себя, как в «другого». Предварительные исследования показывают, что в отношениях различных аспектов личности наркомана обнаруживаются многие феномены, характерные для созависимости.

Понимание психической зависимости как специфических отношений между здоровой и «наркотической» личностью индивида, употребляющего наркотики, позволяет расширить арсенал методов психотерапии зависимости, а также проектировать методы, отвечающие специфике наркомании.

Источник: StudFiles.net

Правда о физической и психической зависимости от наркотиков

Наркоманами принято считать всех, кто принимает психоактивные вещества для достижения эйфории, галлюцинаций и прочих «неземных» эффектов. Это так. Но многие наркотики до того, как стать запрещенными веществами были лекарствами, которыми лечили сотни тысяч людей. И они не становились наркоманами. И такой парадокс порождает множество мифов вокруг этой темы, которые мы решили развенчать.

Миф №1: Наркоманами становятся все, кто попробует наркотик

Интересный факт: героин был изобретен как средство от кашля и до 1971 года продавался свободно во всех аптеках Германии, его давали даже детям. Не нужно ставить экспериментов, чтобы понять, что почти каждый немец в то время попробовал этот наркотик. Но ведь по логике они все должны были стать наркоманами, так как физическая зависимость развивается довольно быстро.

Но этого не случилось, люди принимали лекарство, выздоравливали и не хотели ширяться герычем по венам где-то в подворотне. Когда человек попадает в больницу с тяжелейшими травмами, ему колют морфин и другие опиаты и психоактивные вещества, из которых делают наркотики. Однако это не означает вовсе, что все, кто пережил перелом шейки бедра, к примеру, по приезду домой кинулись варить винт.

Миф №2: Физическая зависимость не развивается с первого раза

Смотря какая доза и тип психоактивного вещества, человек больше или меньше почувствует ломку на физическом уровне. Однако физиологическое привыкание к наркотикам вырабатывается сразу же.

Синдром физической зависимости от наркотика включает:
• острые нарушения физического состояния;
• глубокие расстройства деятельности ЦНС;
• нарушение работы органов, тканей и их систем, когда наркотик перестает поступать в организм.

Наркотическая абстиненция, или ломка изменяет психическое и физическое состояние, вот почему наркотики вызывают привыкание. С выводом наркотика из организма человек начинает чувствовать беспокойство, тоску, дискомфорт и неудовлетворенность, может развиться агрессия. На физическом уровне это выглядит как судороги мышц, тошнота, рвота, диарея, тахикардия или бессонница.

Миф №3: Бросить употреблять наркотик легко, достаточно захотеть.

А вот и нет. Вредную привычку употребления наркотиков побороть тяжелее всего. Просто захотеть перестать принимать психоактивное вещество недостаточно. И сейчас попробуем объяснить почему.

Если не все, кто пробуют, становятся наркоманами, тогда как вообще люди подсаживаются на наркоту? Здесь ответ нужно искать в причинах, почему люди принимают наркотические вещества.
• скука;
• любопытство;
• желание доказать кому-то что-то;
• слепое следование лозунгам «бери от жизни все», «в жизни все надо попробовать»;
• проблемы в различных сферах жизни и желание уйти от них;
• несостоятельность, разочарование в жизни, нереализованные амбиции;
• депрессия, апатия, потеря смысла жизни;
• …
• в целях лечения болезней, после тяжелых травм или операций.

В этом списке есть троеточие, которое означает, что невозможно подсчитать конкретное число поводов, почему человек пробует наркоту, мы постарались выделить самые распространенные. Вы можете дополнить его, поделившись своим опытом в комментариях, а мы пока вернемся к причинам, почему люди не могут бросить.

Последним пунктом в нашем перечне стоит применение наркотиков в целях лечения. И вот он ключ к разгадке. Во всех случаях, кроме этого человек почти в 100% подсаживается на наркоту и не может опомниться, пока не становится поздно.
Когда больной попадает в больницу и там для облегчения боли ему колют какое-то лекарство, ему все равно, что это, лишь бы помогло решить проблему.

В этом случае у человека отсутствует мотивация «попробовать», «испытать на себе», «почувствовать новые ощущения», «узнать, а правда ли будет эйфория». Когда в мозгах есть хоть малюсенькая причина попробовать наркотики, значит, уже есть начальная стадия психологической зависимости.

Стадии психической зависимости от наркотиков и токсикантов

Вот мы и подошли к главной мысли. Когда человек хочет попробовать наркотик, он уже находится на первой стадии психической зависимости. Да-да, если вы ни разу в жизни не принимали наркотиков, но хотели это сделать, у вас уже первая стадия психической зависимости от них!

Вторая стадия, это уже проявление наркомании, когда человек попробовал психоактивное вещество. Если без научных слов и терминов, после приема наркотика нарушается система, отвечающая за поддержку комфортного состояния. То есть то, что было комфортно до приема наркоты, уже кажется ниже нормы и чтобы вернуть все как было, организму нужна следующая доза.

Последняя стадия психической зависимости от наркотиков – это повышение толерантности к веществу. Чем больше наркотика поступает в организм, тем больше чувствуется разница между «хорошо» и «плохо». Вскоре наркоманы перестают гнаться за эйфорией и галлюцинациями, им лишь бы вернуть просто «нормальное» состояние.
Последняя стадия психической зависимости может совпадать с физическим разрушением тела, что приводит к инвалидности и смерти.

Как избавиться от физической и психической наркотической зависимости

В 80-е годы один ученый провел эксперимент на крысах, вернее он повторил опыт другого ученого, который исследовал физическую зависимость от наркотиков. Первый испытывал своих крыс в обычных лабораторных условиях – пустая клетка и два вида воды: обычная и героиновая. Естественно все крысы быстро подсаживались на героин и зависимость убивала их.

Второй ученый пошел дальше, он построил для крыс город развлечений с обилием еды и возможностью общаться грызунам друг с другом. И также предоставил им на выбор чистую воду и с наркотиком. Результат этого эксперимента ошеломил всех – крысы, живущие в парке развлечений все до единой попробовали наркотик, но они смогли побороть физическую зависимость и очень быстро вернулись к нормальной жизни. Героин их не интересовал, у них было полно других развлечений и радостей в жизни.

Более того, когда крысу-наркоманку из одиночной клетки пересаживали к сородичам, она также с успехом прощалась с зависимостью. Вот вам и ответ на вопрос. Избавиться от наркотической зависимости могут все, кому удастся сменить условия, попасть в аналог крысиного парка развлечений и испытать все радости жизни.

Как мы видим, в лечении тяги к наркотикам психологический аспект играет очень важную роль. Синдром физической зависимости лечится медикаментозным способом, а вот для избавления от психической, как оказалось, нужно гораздо больше, чем просто реабилитация бывших наркоманов.

Если статья «Наркотическая зависимость: разоблачаем мифы наркомании» была полезна вам, не стесняйтесь делиться ссылкой. Возможно, этим простым решением вы спасете кому-то жизнь.

Похожие статьи:
Рассказать друзьям:

Источник: StopNarkotik.info


Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.